Ну и, традиционно, собрал я аколитов, выдал данные и мудрые думы свои. Поручил тоже думать, может, придумают что толкового, да и отпустил с миром, к высадке готовиться.
В систему Милосердие зашло, опозналось, на орбиту Дюрера легло. А я, признаться, с некоторой оторопью смотрел на видок в пустоте: Очко было вполне видно, переливалось цветами всяческими, с преобладанием резких тонов: красный, зелёный, фиолетовый. Занимало четверть видимой полусферы и напоминало… то ли губы бантиком, то ли и вправду око, то ли и вправду очко. Равнопохоже выходило.
И они с этой пакостью на небе живут, пожалел я местных.
То есть, я внутрях этого Очка побывал, но там его, как ни странно, не видно. Так, переливы цветовые, фактически без черноты, ну и тусклые на фоне резкой и не слишком приятной цветомузыки, звёзды. А вот так, со стороны, внушает. Всякое разное, в основном гадливого толка, заключил я, сплюнул мысленно и стал готовиться к высадке.
Точнее, к атмосферному облёту планеты: с орбиты ни я, ни Кристина ни варпа не почувствовали конкретного, кроме и вправду завышенного фона.
Вариант “простейшего решения”, нужно признать, работает редко, но, в данном случае нам на облёт планеты сутки понадобятся, не больше.
А тем временем прочая аколятня высадится в Эйдештале, столичной казарме Дюрера. В самом прямом смысле: семьдесят процентов населения — СПО и гвардейцы, ну и штаб с губернатором в этом нержавеющем городке обитают.
Высадятся, да и начнут вести “правильное расследование”: пообщаются явно, подключатся незаметно к коммуникациям тайным. С населением начнут разговаривать разговоры и вообще входить в курс дела. Всё это, безусловно, с мандатами аколитскими.
Может, и не будет расследования, философски рассуждал я: найдём с Кристиной полянку с коноплёй демонской, местными по глупости и невнимательности прощёлканную, да и выполем.
Хотя, есть у меня некоторые сомнения в подобном благостном раскладе, не без ехидства отметил я.
— А можно мне… — начала было Лапка, и замялась.
— С нами? — понимающе уточнил я, а после кивка продолжил. — Если бы мы развлекались — скорее нужно. Вот только, Моллис, Корин остаётся на Милосердии. И у следственной группы… — вопросительно замолчал я.
— Нет псайкера, а он необходим — и телепат, и биомант. Связь, правдивость ответов, чувствительность к имматериуму, — мрявкнула кошатина.
— Именно, — покивал я. — Так что, аколит Моллис, ступай в челнок, — с улыбкой указал я на Аквилу.
Сами же мы с Кристиной будем метаться на Ястребе — ни варпа не комфортно, зато выше скорость, да и запас хода гораздо больше. Да и отбиться, если что, можно будет. Тоже нельзя такую возможность исключать, тогда как у аколитов “война с воздушной поддержкой” как маловероятна, так и местные эту поддержку, по мандатам Инквизиции, безропотно предоставят.
Если, конечно, планета дружно и с песнями не впала в ересь, что, учитывая многосотлетнее, в топологии Очка, поколениями, противостояние хаоситам, смотрится совсем бледно.
Но, впрочем, десантные силы наготове, так что, если что — бригада штурмовиков и когорта скитариев развернётся в полчаса. А коды “отключения техники” я на “тревожную кнопку” повесил и с соответствующим зверским выражением рожи (и ответным омниссением, что “усё будет”) передал Эльдингу.
И стартовали мы с Милосердия. Пока Ястреб бороздил воздушный океан Дюрера, аколиты побегали, пошебуршали и уже через десяток часов начали выдавать отчёты.
В принципе — казарма фронтирная вульгарис, как и предполагалось. С учётом администрации, конечно, но и она весьма “военизирована”, по крайней мере, без лёгкого стаббера, со слов Кая, он даже помощников точильщиков карандашей не узрел.
А Агнесса в компании с нашим ревизором хлопала очами и копалась в коммуникациях губернаторской администрации. И, выходило, что ереси и некомпетентности или саботажа какого не наблюдается.
Более того, “нетипичное напряжение имматериума” в архивах отражено, доклады от псайкеров и попов запротоколированы. И даже выделена техника на “обнаружение аномалии” с денюжкой вполне пристойной на изыскания. Это при том, что губернатора подобное до состояния “всё плохо” — волновать по инструкции и не должно. Но тут — выходит вполне адекватный дядька, не буквоед в терминальной стадии.
Саботажа нет, но нецелевое использование средств имеется, доложил Кай, так что если надо… Моё заполошнное “не надо!” даже пробудило задремавшую Кристину (летели мы в ентот момент над морем, так что моей чувствительности хватало с лихвой, да и море — крайне маловероятный источник).
А то, дай Каю волю, он аппарат губернатора, во главе с самим планетоначальником, в филиал кардиологического отделения превратит. Может, умеет, практикует.
Остальной народ, включая оперативников, шуршал по городку, причём на “скользкие разговоры” местные либо отворачивались, либо били в чело. Пытались, по крайней мере, а несколько докладов о демонстрации мандатов Магистратуму, "чтоб не повязали", мне пришло.
Ну и в целом — всё вроде благополучно и славно, на первый взгляд. Впрочем, найду конопляное поле — так и будет, а не найду — будем думать и перепроверять.
На удивление (чьё не знаю, я — не удивился) ни варпа мы “конопляного поля” не нашли. Либо изрыгающее варп место или места пульсируют (изрыгать имматериум с лакунами изрыгательное место не могло — это отразилось бы на фоне, а рос он ровно и равномерно), а в вероятность столь удачной пульсации, что мы с Кристиной не выявили локально повышенного фона, я просто не верю. Либо его на планете и нет. Точнее, в чистом поле: города, теоретически, источниками быть могут. Если много людей предаётся ереси не разгульной, а на полшишечки, мысленной, например. Либо ритуалы, с экранированием и выравниваем, тоже вариант. Через час грамотный ритуалист развеет эманации на четверть планеты, а через пару часов и не выявить.
Вот только местные источники варпа искали, вроде как пристрастно и тщательно, ну и ни варпа не нашли. Либо они саботажники некомпетентные, точнее, по отдельности и наоборот, либо это не "городской ритуал". Разбираться надо, веско решил я.
Так что прилетел Ястреб в местную Нержавейку, где я направился к нашему агенту-докладчику. Служебные обязанности его, как я понял, в оценке состояния грани материум-имматериум и заключались, поскольку, будучи какой-то рабочей формой экклезиарха (да, не все из них, имеющие сан, пинали балду и несли пропаганду с амвона), в рабочем состоянии обитал этот тип в отделении Телепатики.
Сам же Эйдешталь был городком весьма условно: низкоэтажная, кроме дворца губернатора и центрального капища, приземистая и “бункерообразная” архитектура. Два крупных мануфакторума (варп знает, что там мануфактурили, не узнавал) с жилой застройкой рабочих вокруг — в том же стиле. А “трущобы” Нержавейки составляли казармы военных, собственно, большей части населения столицы.
В общем, на фоне довольно вольной природы Дюрера, с обилием зелени и воды, скалами всяческими и прочим (ну, насколько я успел с ней ознакомиться, конечно), Нержавейка выдавала ощущение “бетона и хаки”. Некритично, понятно и оправдано, даже похвально, но ни варпа не эстетично, отметил до варпа эстетичный я.
И контора Телепатики, занимающаяся потребным мне вопросом (и ещё какой-то мне не потребной фигнёй), была в “городском стиле”: овальный полутораэтажный бункер, бетон, сталь и хаки. Ну и завалился я, опознавшись у привратников, кстати, не бабулек-дедулек, а вполне бравых парней в полноценном ДОТе, в телепатические недра.
Во вполне деловой и суетливой конторке вперемешку сидели псайкеры, несколько попов (сестрёны из сорориток тоже присутствовали, нужно отметить) и вели протоколирующую и расчётную деятельность. Такая вполне добротная рабочая атмосфера, оценил я, оглашая округу рёвом, что потребен мне поп Леонид Гидемин, вот прям тут и сейчас. Поп на мой рёв нарисовался менее, чем через минуту.
— Храни вас Император… — бодро начал поп, с некоторой опаской и вопросом взирая на двух с лишним метрового меня, что я, хмыкнув, исправил, явив голограмму инсигнии, — господин Инквизитор, — просиял поп. — Вы по поводу моего доклада? — на этом копошение в конторке приостановилось, и к заинтересованным взглядам прибавилась тишина.