Впрочем, скорее всего, это воздействие Очка, но не прямо, в виде мутаций и демонизации, а косвенно, в виде повышения агрессии живности.
Убежища нашего не обнаружили, а Милосердие висело над нами, как мониторя городок и округу, так и посылая нам картинку узким каналом. И вот, уже в сумерках, на мониторе появилась группа человеков, целенаправленно топающая в дебри. Тепловизор выдавал картину, что живность на эту группу среагировала, ну и возникли вспышки тепла, очевидно — лазганы.
Простым же визуальным наблюдением типов было и не заметить, как из-за отсутствия освещения, так и того, что пробирались они окрестными лесами. Пусть и не джунглям, но довольно густым.
— Вылетаем? — азартно выдал Син, на что бывший его раза в три помладше Эльдинг снисходительно на него посмотрел, да и я башкой покачал.
— Рано, Роберт. И от городка они слишком близко, да и нам нужна не перестрелка и разбегающиеся еретики, а они же в одном месте, желательно живые. Очень мне интересен их ритуалист, — признался я. — Это как он филигранно планету загаживает, что волнения и возмущений нет, — аж покачал головой я. — В общем, вот доберутся они до места, тогда и полетим. Ястребу тут пара минут лёту, — на что полковник понимающе кивнул.
И вот, через час пробирания, когда я уже думал всё же лететь, променад еретиков закончился. Основная часть группы, точнее — вся она, скрылась с экрана тепловизора. Правда, редкие высокотемпературные вспышки указывали, что они не в варп провалилась, а скрылись в некое здание и живность отстреливать продолжают.
— Выдвигаемся! — озвучил я, ну и выдвинулись мы.
Ястреб высадил наш отряд через пять минут: дело не в расстоянии, и даже не в том, что беззвучный полёт был намного медленнее обычного. Всё равно не те тут расстояния, и за пару-тройку минут бы успели. Но место, в котором еретики предавались разгульной ереси, было в дебрях весьма могучего и разлапистого леса, ну и пилоту пришлось немало помотаться, чтоб найти место для высадки.
Безусловно, с учётом того, что мы не хотим оповестить всю окрестную ересь (вкупе с окрестной фауной) громоподобным треском ломаемых деревьев.
Высадившись, я был подвержен приступу лирического настроения: в лесу меж стволами бродил рваный туман, небо освещали звёзды и переливы очка. Даже стишок в голове сложился, что мне не свойственно: “Ночь. Очко. Я чищу сабатон.” Последние было вызвано тем, что некая волчара позорная, из местной пакости, возжела вкусить инквизиторского тела. Была мной повержена и прибита, но заляпала мне ботинок, да и оставила на прочном адамантии царапины своими зубищами, в очередной раз подтвердив имматериальное надругательство над законами Мира.
И начали мы потихоньку пробираться к логову ереси. К счастью, Кристина предложила вариант варп-воздействия, отпугивающего местную живность, в условиях местного варп-фона обнаружимого с расстояния не более десятка метров (ну и, соответственно, в этом десятке метров живность и пугающее). С ним подобраться к еретикам относительно близко и беззвучно выйдет, хотя без дозоров и разведки: даже на мой сервочереп, для пробы отправленный осмотреться, налипла летучая пакость, типа летучей мыши.
И вот, пробираемся мы, значит, по лесу. Скитарии тихо пощёлкивают, перепрыгивая с дерева на дерева, как бибизьяны какие, штурмовики идут полукругом, тыкая, куда мне ходить, а то я, признаться, устроил бы изрядный тарарам.
За мной гуськом идут Кристина и Ритор с Омикроном, единственные из преторианцев, “исполненные” в комплектации “телохранитель” и худо-бедно могущие в скрытность. Условную, на моём уровне, но всё же. Остальных я оставил на Ястребе — тяжёлые, с множеством оружия, но похерили бы саму концепцию “подобраться и посмотреть” на корню.
Лапка, кстати, чувствовала себя в лесу, как кошка в лесу. Двигалась, ориентировалась и прочее даже получше специально обученных штурмовиков, ну и предложила кошатина “разведать”. Что я, после раздумий, отклонил: положим, с большей частью живности она справится. Да даже повторит кристинино колдунство, вполне потянет. Но еретики явно отстреливаются от живности, судя по отдалённым вспышкам, пусть и нечастым. Стреляют на звук и движение, а Лапке, чтоб разведать, надо подобраться поближе, скрыт у неё с “перебоями”… В общем, все вместе доберёмся.
И добрались. Пара гвардейцев, довольно молодых, торчали чуть дальше здоровенного входа… в пещеру, наверное. Несколько в глубине его. И, подсвечивая вход, отстреливали заинтересованных в пожрать представителей фауны. Пещера была огромадная, метров десять высотой и примерно столько же — шириной, фактически обрезая немаленький, заросший зеленью холм. И да, основание этого холма, как и, соответственно, пещера, была каменной и носила следы рукотворной обработки.
— Что-то про пещеры я слышал, но не могу вспомнить, простите, господин Инквизитор. Это связано с войной с затмением, но я городской, — по вокс-каналу выдал один из штурмовиков, местный уроженец.
— Да понятно, что убежище партизан, а теперь еретики используют, — каналом же ответил и я, на что окружающие покивали. — Кстати, от пещеры идёт ощутимый ток скверны. Не слишком сильный, особенно с учётом общего фона планеты, но идёт. Так что, похоже, еретиков мы нашли, — мысленно потёр я лапы. — Дифференциал восемь, — обратился я к главному у рейнджеров, — Что вы наблюдаете?
— Примите пакет, господин Инквизитор, — был мне ответ.
И, судя по наблюдению древесных рейнджеров, выходило, что за парой гвардейцев идёт понижение уровня пещеры, причём освещение есть и там, ну и я там чувствовал скопление разумных, правда, Кристина в свете и ветре выдала мне приправленное недоумением:
— Не понимаю, чем они занимаются, Терентий, — отмыслеэмоционировала девица. — Оттуда идёт скверна, но в месте сбора разумных что-то её ослабляет…
— Скорее всего, ритуал или артефакт, скрывающий и “размывающий” повышение фона, — по обдумыванию выдал я, ну и продолжил воксом. — Сонный газ, что-то подобное есть? — уточнил я у войск.
— Светошумовые гранаты, разве что, — озадаченно выдал Син. — И дымовые, для завесы.
— Так, тогда, Эльдинг, сними часовых разрядом, постарайся не убивать, но как выйдет, — выдал я. — Далее, закидывайте пещеру гранатами, теми же светошумовыми и дымовыми. Кристина, вроде бы другого выхода из пещеры нет? — уточнил я свои ощущения.
— Прямого нет, есть полость дальше, но перекрытая. Не знаю, насколько она глубока… — выдала тереньтетка.
— Закрытая — и варп с ней. Телепортацию, если что, я перебью. Закидываем гранатами и вяжем еретиков. Кристина, наша с тобой задача — псайкеры. Видимо, они слабые, я отсюда не чувствую, но варп знает, что у них в заготовках. Как ритуалисты точно сильные, — на что Кристина кивнула. — Роберт, вы и ваши люди?
— Закидываем, после устранения часовых, пещеру светошумовыми и дымовыми гранатами. После идём за вами, вяжем еретиков. Стараемся брать живыми, но без риска, — выдал полковник.
— Точно так. Дифференциал, вы с подчинёнными контролируете вход, уничтожаете зверей. Ну и себя прикрываете от них, конечно, — хмыкнул я. — Если мы кого-то упустим из еретиков — маловероятно, конечно, но всё же. Так вот, постарайтесь взять живыми, устранять только в случае, если захват живыми невозможен.
— По слову вашему, — отвоксил рейнджер.
— Эльдинг, идёшь последним, проверяешь пещеру на наличие спрятавшихся. Моллис, идёшь с нами с Кристиной, подстраховываешь и действуешь по ситуации. Готовы?
Готовность все подтвердили, так что операция “отлови гадкого еретика” началась. Эльдинг точечными разрядами вырубил стражей-гвардейцев, штурмовики накидали императороугодной пакости в пещеру, ну и ломанулись мы внутрь.
А внутри, частью без сознания, частью стеная и протирая ухи и очи, пребывало около сотни… детей. Ну, я несколько преувеличиваю, подростки от четырнадцати до двадцати, скажем так. Невзирая на пол, полуобнажены: в основном, в труселях разных видов и типов. Каменный пол покрывали полуциновки, в большинстве своём просто утрамбованное сено, явно из окрестной травы. Ну и были пара гвардейских сержантов средних лет, причём одетые, хотя без брони и оружия, валяющихся в куче барахла в уголке.