— Неправильно это… — наконец, выдал Рагги. — Ну да пусть, не могу я решить, пусть старшие решают. Доложу им! — с вызовом уставился он на меня.
— А мне похер, Бронсон, на ваши доклады, естественно, кроме являющихся тайной Империума и Инквизиции, — любезно ответствовал я. — И на старших ваших симметрично, — не стал я разводить реверансы. — Как и на их решения. Пока они не затрагивают мои дела и не проявляют в мой адрес агрессии, — уточнил я. — Если же подобное случится — они станут предателями сами. До момента, пока я Инквизитор, конечно, — дополнил я.
— Ладно, — хмуро буркнул Рагги. — Привёл я тебе предателей. Не все целые, но живые, — уточнил я. — Узнаю, что на воле окажутся — не сносить тебе головы!
— Я головы не ношу, я ей обладаю, — отпарировал я. — И "на воле" не окажутся, а что предателей привели — это хорошо, выясню про местного еретика. Передайте предателей моим аколитам, — бросил я, раздавая воксом указания.
— Передам, — проскрипел волчара и утопал, бросая на меня весьма не полные любви взгляды.
И передал, чем меня окончательно успокоил, как оказалось — рано. С клыкастой мордой, полной ликования и дикарского, фактически попуасьего, если бы не колёр, коварства, подвалил этот тип к моей персоне через пару десятков минут после передачи пленных. Оченно мне вид коварный волчары не понравился, но не бегать же от него с визгом и писком, в конце-то концов?
— Почтенный Инквизитор Терентий Алумус, — аж засочился коварством Рагги. — Чтобы загладить прискорбное недоразумение и для невозникновения обид, после уничтожения предателей приглашаю тебя на Тьялд на праздничный пир, — выдал этот тип. — Как Инквизитора и Брата-Астартес, — елейно подытожил он, но вышло это с его клыкастой протокольной рожей весьма неубедительно.
А вот я, помимо того, что совершал героический подвиг непроизнесения “волк тамбовский тебе брат”, призадумался. Дело в том, что волчара думал, что меня “поймал”, а на деле, скорее, наоборот.
Итак, он пользуясь как своими дикарскими тройдициями, так и общепринятым в Империуме “культурным кодом”, предложил совместную трапезу. В целом, отказаться не комильфо и по имперским традициям, а уж по волковским, насколько я знал, чуть ли не в открытую назвать себя “недругом”. Впрочем, варп бы с ним: то, что “традиционно”, не есть “обязательно”. А уж на ритуалы самих волков можно было бы вообще плюнуть слюной и даже, теоретически, кислотой, хотя последнее варп у меня выйдет: импланты нужные есть, а рефлексов ни хрена, так что остаётся мне только слюной и плеваться.
Так вот, плюнуть-то можно, но… не нужно. Ентот Рагги гарантированно доложит своим клыкастым и мохнатым начальникам об “странном Астартес-Инквизиторе”, это к гадалке не ходи. И, ежели я волчару с его приглашением пошлю, то автоматом стану “недругом” волчарам. Ещё и “проверять” могут затеять, что как не нужно, так и вредно. На основе этой "проверять" конфликт никому не нужный может быть.
А вот в логове стаи товарищей, которое Тьялд, меня будут “проверять”. Скорее всего, тот самый Сьёффан-плетельщик, псайкер, врущий, что он “не такой”. И проверять меня этот рунный жрец будет на скверну варпа. И, как понятно, скверны ни варпа не обнаружит, что либо переведёт доклад в рассуждения о “странном казусе”, либо вообще и доклада-то не будет.
То есть, бегать за волчарами и доказывать, что я не баран, точнее не тысячный сын, я не стал бы. Но, заскочить на пару часов, постебаться по-садистски, скушать волчие сосиски, ну и эль их ядрёный попробовать — а почему бы и да?
При том, в чём самоподстава волчары: он-то, приглашая, гарантирует мне неприкосновенность и безопасность, согласно СВОИМ культурным (или бескультурным, вопрос точки зрения) нормам. Ну и отправлюсь я, естественно, с Кристиной, так что если что, просто сбежим из логова и расстреляем напавших предателей (а, в случае нападения на мою огнесжигательную персону — волчары однозначно становятся таковыми) из мортир Милосердия.
Погонял я в голове намысленное, ну и признал этот вариант наиболее оптимальным из всех возможных: риск умерен и приемлем, а польза — несомненна.
— По окончании расследования и очищения системы Вулкан от предателей — почту за честь принять ваше приглашение, Бронсон, — выдал я, на что волчара морду не удержал, брови задрав и очи сведя в кучу.
Ну, естественно, он считал что я его с егойным приглашением пошлю, и поскачет Рагги радостно стучать волчарным Лордам: что вот, есть такой Терёха, казёл, не друг, да и вообще, мордой своей — предатель предателем.
Но фигу тебе, волчара позорный, мысленно откомментировал я будующие деяния, широко лыбясь в рожу офигевающего Рагги.
— Прекрасно, буду ждать, эль будет литься рекой… — довольно кисло ответствовал волчара и срулил вдаль.
Видимо, предаваться разгульным размышлизмам на мою тему и рассуждениям, как со всем этим дальше жить.
Ну а у меня, если разобраться, на Вулкане оставалась всего одна задача, точнее, две с половиной, но в одном, причём текущем, месте. А именно: разобраться с полком вообще и с комиссарами полка в частности (нерастрелянными, а на расстрелянного “мыслителя” мне, признаться, плевать). С арбитрами, точнее, бывшими арбитрами и их главой, олицетворением понятия “сатрап и самодур”.
И, признаться, я ещё когда только начинал наводить шорох, были у меня мысли решить всё это купно, благо возможность таковая была. Расстреливать, вешать и пихать кого-то в газовую камеру у меня желания не было, мою кровожадную душу удовлетворило сожжение аристо. Причём так, что мне ещё восстанавливать свою нежную душевную организацию игрой на органе, общением с Кристиной в разных ориентационных положениях и вообще.
Но решать вопрос было надо, а оставлять его как есть — неверно, так что собрала моя огнесжигательная персона офицерьё как полка, так и арбитров, да и самих полковника и главного арбитра Кристина наскоро в себя привела. Ну а лечить их “глубинные психические травмы” у меня не было никакого желания.
— Итак, господа, видимся мы второй раз, — начал я перед довольно обширной аудиторией слушателей, явно видевших казнь аристо и последующее обращение, ну и весьма не желающих стать героями второй серии. — Повторять, что на Вулкане был бунт, я не буду. Он был, прямые виновники его большей частью понесли наказание, а скоро понесут все. Да и косвенные виновники без внимания не останутся, — радостно улыбнулся я слушателям, отчего от них в свете и ветре шибануло натуральным ужасом. — Но давайте по порядку: вы, Глад, и вы Силлиан, — указал я на главнюков армейского и арбиторского, — присутствовали на собраниях заговорщиков. Одобряли, прямо или косвенно, бунт, мятеж, убийство законного планетарного губернатора. В общем, нарушение Диктатес Империалис, бунт, саботаж и прочие деяния, перечислять которые в полной мере мне лень. И, вы бы составили компанию на казни бунтовщикам, если бы не одно “но”. А именно: вы оба находились под псионическим контролем.
— Аквила, — потеряно пискнул бывший арбитр.
— Не панацея, Глад. Кроме того, есть нюансы, ныне не важные. Расследование установило, что это так, и я это утверждаю, — окинул я ехидным взором присутствующих, ну и воплей “Всё ты врёшь!” не узрел. — При этом расследование установило… факт вопиющей некомпетентности. Начнём с вас, Глад. Вы, своим руководством, стремлением к “беспрекословному послушанию”, превратили отряд Адептус Арбитрес, хранителей Закона, Судей и Палачей Империума, в сборище безынициативных боевиков. Приводить детали и описывать причины я нахожу излишним, но ныне это так. То есть, Арбитры отделения Вулкана некомпетентны как арбитры, поголовно, и это ВАША вина, Глад, — тыкнул я перстом в щёлкающего клювом типа. — Итак, как я уже говорил, отделение Адептус Арбитрес расформировывается. Вопрос с арбитрами на Вулкане пускай решает Адептус Арбитрес секторального или выше уровня. За назначение вас, Глад, главным арбитром виновный также будет наказан, сообщаю как информацию к размышлению. Вы лично вступаете в полк гвардии. Рядовым. Служите и искупайте свою вину. С остальными арбитрами пусть разбираются офицеры полка, но вы, Глад — рядовой и никак иначе, на десять лет. И, благодарите Императора, что живы и не сервитор, — бросил я. — Далее, разбираемся с вами, — повернулся я к передёрнувшимся военным. — Вы, Силлиан… не нахожу даже слов. Итак, полковником вы не будете в ближайшие годы. Пока, на ограниченный срок, до назначения Астра Милитарум нового полковника, вы назначаетесь временно исполняющим обязанности, в чине капитана. Вас, — окинул я взглядом офицеров, — я хотел поголовно разжаловать на звание, но передумал: пусть этот вопрос решает новый полковник. Теперь вы, — воззрился я на пару зеленоватых комиссаров. — Итак, вам я просто обозначаю неполную некомпетентность, — обозначил я. — Вы относительно молоды, и преступный старший комиссар воспринимался вами как непререкаемый авторитет. Хотя, был дураком, саботажником и некомпетентным преступником. Служите комиссарами, пока. Далее Официо Префектус определит вашу судьбу. Естественно, мои указания и наблюдения будут направлены в ваши руководящие организации. Ознакомьтесь — вы, бывшие арбитры, вы, комиссары и вы, офицеры. Ну и подпишите протоколы, — несколько устало бросил я, тыча перстом в две кучки бумаг и пару листков.