— Бывший губернатор Варрик, вы виновны в предательстае, бунте, саботаже, покушение на убийство Инквизитора Ордена Священной Инквизиции Империума Человечества. Вердикт, на основании факта установленных преступлений, семейству Плоис, таков: конфискация всего движимого и недвижимого имущества семейства Плоис в пользу Администратума, — не стал либеральничать я. — Вариант вашей личной казни определит дальнейшее разбирательство. Сопротивление, проволочки и препятствование приговору любым членом семейства Плоис приведёт к ужесточению приговора ВСЕМ членам семейства. От принудительной отработки ущерба, — обозначил я эвфемизм рабства, — до смертной казни. Арбитр Зельцер, обеспечьте задержание для разбирательства и вынесения приговора членов семейства Плоис. И бывшего губернатора, естественно.
— Слушаюсь, господин Инквизитор. Осмелюсь… — начал что-то говорить арбитр.
— Вам не хватает людей? — уточнил я, на что арбитр помотал головой. — Тогда, исполняйте, арбитр. Особо непонятливым можете сообщить, что у меня на орбите четыре полка гвардии. Надеюсь, в том, что вопрос бунта в улье Ауритманда я смогу решить своими методами, вы не сомневаетесь? — вежливо уточнил я.
— Не сомневаюсь, господин Инквизитор. Разрешите исполнять? — вытянулся в струнку арбитр.
— Исполняйте, — буркнул я, телепаясь к орку, да и ворча на ходу. — Варп подери, а я отдохнуть хотел. На море! — злобно я пнул песок. — Ну ладно ещё, Кулак этот, могу понять. Орки, хреново, но смириться можно. Но губернатор этот гребучий! Ещё и депресняк этот, чтоб ему с четвёртым взаимоудоволетвориться, — ворчал я, сбрасывая нервное напряжение.
Аколиты молчали, внимая моей ворчливой мудрости. Вселенная ни варпа не устыдилась, не организовав моей непричемистой персоне морское побережье с коктейлями и лёгким бризом. Так что вздохнул я тяжко, махнул аколитам “ждать тута”, да и поперся договаривать военную хитрость с чумным грибом.
13. Микоцид
Ошалевший орк выслушал, куда моё люминесцентное грибничиство соизволит доставить “выкуп за юдишек”. Вообще, было у меня подозрение, перерастающее в уверенность, что не всё тут “чисто”.
В самом прямом, бактериологическом смысле слова. Согласно исследованиям товарищей из Ордо Ксенос, грибная суть ничуть не мешала оркам иметь те же естественные механизмы, что и приличному высшему организму. То есть, иммунитет у биооружия был, причём был на зависть всем: например, вопрос отторжения имплантов у орков не стоял, поскольку иммунный ответ у них был “умным”, чуть ли не частично управляемым сознанием.
Но, дело в том, что больное существо имеет на любые действия, от эмоций, до физической работы, заметно меньше сил, нежели здоровый. Парадоксально, но факт, да. Так вот, вместо того чтобы “пастукать” и творить прочие грибоугодные вещи, Пылопыра “на всё угукал”, поскольку, по моим предположениям, у него банально не было энергии.
Безусловно, в этом случае сказывались и иные факторы во множестве, но отсутствие, точнее, нестандартное перераспределение энергии грибного организма играло в нетипичном поведении оного организма решающую роль.
В общем, я вполне официально (хотя, до гласного у меня Чувства Собственного Грибничества не хватило) провёл вокс-совещание над замызганной картой, явно стыренной из какой-то сельской чиновничьей конторы, ну и, соответственно, потыкал перстом, что вот, мол, соберем выкуп по контейнерам, да и спустим через два дня, судыть, на рассвете. Ответ был “ыгы”, на что я уже махнул рукой — самочувствие будущего жульена меня не интересовало, а слова о “сожранный юдишках” изгнали остатки остатков гуманности к оркам.
Хотя, сам прецедент чумного заражения грибов, мыслил я, топая по песочку к улью, весьма странен. Но мотаться за коллегами из Ордо Ксенос я точно не буду — сейчас стоит вопрос микоцида Ауритманды и, варп его подери, Варрика ентого, с егойной семейкой.
Вообще, вынося решение, я был несколько поспешен, но уж очень меня этот лощёный хлыщ-губернатор взбесил: у него нашествие орков, а он о мошне своей, и без того явно не пустой, печётся. Вот реально, если вспомнить губернатора бедного аграрного Мира, где я также столкнулся с орками, который, накормив беженцев, был готов к казни и конфискации за использование запасов на десятину… В общем, хана Варрику, хотя форму этой ханы ещё прикину. И семейка его пусть на диете посидит: сведения об Ауритманде в планшете были скудные и, очевидно, неполные, но “правящий класс составляет около сотни семейств, владеющих производственными мануфакторумами улья” в нём указано чётко, а без бунта или, кхм, визита Инквизитора, такие вещи не меняются веками. Соответственно, губернаторская семейка послужит весьма удачным примером Имперского правосудия, да и прочим семейкам города с говорящим названием об их реальном положении напомнит. Ну а работы на планете валом, особенно после орков: аграрствовать над кактусами, жопой к небу, от зари до полудня, а после проводить профилактический микоцид, от полудня до заката. Бодрая, насыщенная, здоровая, полная веселья и радости жисть, искренне порадовался я за будущее семейки Плоис.
С этими бодрыми, весёлыми и жизнерадостными мыслями я и дотопал до аколитов с преторианцами. Стив, очевидно, посчитав, что задерживать до “решения о казни” надо вообще всех, всю губернаторскую кодлу к рукам прибрал и в арбиторскую крепость уволок. Впрочем, оставив некоего арбитрёнка, вид которого, кроме ассоциаций “новобранец” и “салага”, ничего не вызывал. Впрочем, сей представительный арбитр заверил, что ежели “господину почтенному Инквизитору надо куда — отвезу. Можно даже воздухом, господин Зельцер оставил в вашем распоряжении пассажирский флаер”.
На самом деле, вопрос "надо куда" — интересный. В принципе, раз уж я ввязался в местные дела (хоть и волей покушавшегося на меня губернатора), надо разбираться. Время… ну, скажем, есть, пара дней до десанта к оркам. Другое дело, вот я указаний нараздавал, а если в ентой Ауритманде натуральный бунт учинится? Вполне возможный вариант, между прочим. А есть всего четыре полка гвардии, ну и дохренилион грибов… хотя.
— Полковник Леван, — обратился я воксом по закрытому каналу к старшему полковнику. — У меня к вам пара вопросов.
— В полном вашем распоряжении, Ваше Святейшество, почтенный господин Инквизитор Терентий, — был мне ответ.
— А ещё я страх и ужас орков, сам Грибник, — кисло откомментировал я.
— Э-э-э… — был мне информативный ответ.
— Не обращайте внимания, полковник, неудачная шутка. Был бы вам ОЧЕНЬ признателен, если бы количество моих титулов в беседе было ограничено “господином Инквизитором”, — выдал я.
— Э-э-э, по слову вашему… — после чего наступила пауза, несомненно вмещающая в себя всяческие “проглоченные” святейшества и прочую пакость. — Господин Инквизитор.
— Прекрасно, — порадовался я — Итак, полковник, вопрос первый: если поймать орка, изолировать от остальной популяции в каком-нибудь уютном каземате, ну и начать задавать вопросы с пристрастием, он ответит? Я, признаться, несколько не осведомлён в подобных деталях природы этих ксеносов, — признал честный я.
— Э-э-э… — проявил замечательное образование и широчайший словарный запас полковник. — Вы имеете в виду пленение ксеноса и пытки?
— Я имею в виду получение информации. Если для этого нужно ксеноса пленить и пытать — значит, нужно, — елейно ответствовал я.
— Если изолированный от банды или орды — то поёт, как птица, — поэтично ответствовал полковник. — Правда, не все ксеносы — особо здоровые и злобные нобы только изрыгают угрозы и ругань, как и боссы. Но с остальными орками получение информации вполне возможно. А вы хотите поймать орка?
— Ну не сам, естественно, — отмазался я от чести быть не только грибником, но и похитителем грибов. — Если у вас есть необходимые специалисты, полковник, мне бы хотелось, чтобы орка отловили и допросили. Их в округе, — окинул я взглядом рассекающие в удалении орочьи тачанки, — достаточно. Правда на их телегах… — задумчиво протянул я.