Точнее, не вполне вакуумом, а имматериумом внутри поля Геллера… в общем, в топологии чёрт голову сломит. Например, о том, что в имматериуме кто-то задохнулся — я вообще не слышал. Ну, если его целенаправленно не удавили, конечно. Распылить на мысли, эмоции и энергии варп мог, но в нём как-то не задыхались. Измерение воображения, законы Мира в котором становятся условностями.
Но, в том месте имматериума, где находились мы, материализующее поле Геллера материализовало вакуум, скажем так. Вообще, несколько бредовая ситуация, но объективно существующая, так что так.
А пока я думал всякие мудрые топологические мысли, если честно: чтоб отвлечься от ряда своих предположений. Очень они мою чувствительную душу травмировали, своим несоответствием моим представлениям. Так вот, пока я думал, Лапка, штурмовики и преторианцы действовали.
А я, подумав, отдал своим воеводам команду, захватывать корабль целиком. Если будет серьёзное сопротивление — закрепиться и докладывать, ну а если не будет — отчего ж не захватить, если захватывается?
И начал проводить обыск и реквизицию — книги, хоть сколь бы то ни было активное в свете и ветре барахло, прочие информационные носители.
А, к окончанию сбора мешков добра, воеводы отрапортовали о захвате судна полностью. И сборе всех двадцати наличных тысяч на ангарной палубе.
А я шёл и думал думу. Вообще, тут все еретики, но может, пленные какие есть. Или зря рефлексирую, а всё в варп? Не, не дело, логично заключил я, вздохнул, да и собрался. Возможно, предстоит немалая работа. А, возможно, нет. Но готовиться надо.
Итак, на ангарной палубе под прицелами тяжёлого оружия и разделённые на группы торчали еретики. Для начала я отдал приказ доставить десяток “побогаче одетых и лучше бронированных” и начал беседу. С начала врали, пару пришлось показательно сжечь волкиткой, после чего еретики начали петь на диво слаженно и правдиво.
Итак, это пираты, правда, “высший командный состав” Ястреб спалил в варп при захвате мостика. Но и всякое боцманьё и прочая шелупонь знала, как по мне, достаточно.
Началось всё довольно типично: бунт на корабле с охеревшим капитаном. В принципе — допускаю, что там реально был редкостный подонок. Так вот, бунт, захват средним офицерским составом судна, резня среди них за главенство. И далее у еретиков было два выбора — в контрабандисты или пираты. Контрабандисты, торговцы “без лицензии”, ошивались на удалённых, периферийных Мирах Империума, ну и с немалым риском доставляли товары в отдалённые Миры. Имея с этого не космическую, но пристойную прибыль. Собственно, были регионы, где их даже Администратум называл “торговцами” а Имперский Флот не ловил. Если случайно и встретит, что крайне маловероятно.
Но, пошли бунтовщики по пути пиратства, десяток лет устраивали налёты на захолустные Миры, торговые слабовооружённые суда, веселились, в общем, как могли. Та часть экипажа, которая изначально не пылала страстью к пиратству, со временем “втянулась”, ну и убивала, грабила и насиловала уже без скорбных охов и трагичных ахов.
А через десяток лет пиратам стало кисло: механикусы среднего ранга полегли при бунте, а прыжки на четыре световых года довольно резво курочили корабль.
В общем, решили они попасть на “вольную территорию”, то есть в Очко. В этом им повезло, через шторм их провёл “рекрут-корсар”, всего-навсего отобрав всех женщин, местных, корабельных и пленниц.
Ну и пиратствовали они дальше. Что там капитан вертел с еретичищем — говоруны не знали, но и не принципиально. Я его самого буду курочить на информацию. Преступлений на них на расстрел, что и будет осуществлено путём подрыва реактора часовым механизмом. Судно, конечно, не разрушит, но генератор поля Геллера отрубится — и пиратам крышка.
А вот что меня и заставило затеять этот разговор и тратить время: пленники. И они, на удивление, были, вот только местные, еретики. Проверив около сотни закованных, я решил их тут и оставить: тот же сорт пакости, что их захватчики, просто оказавшиеся не на стороне победителей.
Захваченных граждан Империума пираты продавали на станции и, с их слов, на борту таковых не было. Однако для очистки совести, я проорал, что пусть выйдут “не замаранные в пиратстве и ереси”.
Что не удивительно, “незамарашки” появились, правда, после пары в варп сожжённых (вот ну абсолютно без пристойного Инквизитору удовольствия, достало меня это несколько!) поток схлынул. И в итоге оказалось, не зря я орал — почти сотня “добровольно-принудительных” сотрудников у пиратов нашлось. Точнее, сотрудниц, затраханных до полуневменяемости во всех смыслах этого слова. Особенно впечатлила картина херургеона, тащимой подругой ко мне и упирающейся, “потому что лечила предателей и еретиков”.
В общем, агнецыщ отделили от козлищ, пробежались штурмовиками по группе пиратов ещё раз, а то мало ли что, да и покинули ангарную палубу, заперев на ней паразитов. Эльдинг вывел реактор на нестабильный режим, а мы заторопились на Милосердие.
Варианты “захвата добычи”, конечно, были, но… Мы, варп подери, в глубоком заочковье, Кристина одна, псайкеров-еретиков не осталось, а были бы — не факт, что вышло бы их контролировать. В общем, разумнее разнести еретика в варп, нежели трахаться с его перегоном в Империум с весьма высоким риском как для временного экипажа, так и для Милосердия вследствие.
А еретиков ждала не каторга за бунт, а смертная казнь по делам их, так что я сэкономил время судам, купно обозначив приговор.
По причине отсутствия “отработанных” контейнеров, пришлось делать шесть рейсов челноком, правда, после первого я несколько задержался. Первое — забежал к Кристине: у девицы, судя по нашей с ней связи, начиналась истерика. А истерика у псайкера, от собранности которого зависит наше выживание — вещь весьма опасная. Не говоря о том, что мне её состояние самому было неприятно и доставляло дискомфорт. Так что, первым делом после прибытия первого же рейса на Милосердие, я мухой метнулся в совещательную и десять минут пробовал не задохнуться — очень уж тереньтетка была меня рада видеть, а отталкивать её я находил нелюбезным.
После чего, уже не мухой, но рысью, я поскакал к ангарной палубе, на пути думая ещё одну мысль.
Итак, у нас есть еретичище и ряд условно-подозрительных типов. Вопрос, что с ними делать вообще — не стоит, допрос с пристрастием, простой, под препаратами, на кресле истины. Возможно, придётся и мне прибегнуть к демонологии, впрочем, посмотрим.
Но это — “вообще”. А именно сейчас, да даже в обозримом времени, проводить допросы и отвлекать Кристину от оберегания наших жизней просто глупо. Причём, еретичище, невзирая на его как бы “жалкий” вид, меня если и не пугает, то напрягает. Вести его допрос стоит в спокойной рабочей обстановке, без отвлекающих факторов в виде окружающего заочковья, навигационного варпа и прочей фигни.
Вообще, доставлю-ка я его до Крепости Ордена, принял решение я. Там и спокойно, и оборудование, да и отчёты сдавать можно пешком, а не через пол Сегментума переться.
Но, вариант Лапке, довольно сильно напряжённой обилием пленных, над ними бдеть мне не слишком угоден. С другой стороны, оставлять еретичище в сознании, да даже под препаратами… пусть и паранойю, но нервирует меня этот вариант. Так что, сделаем-ка мы вот что, заключил я, подскакивая к Эльдингу.
Кстати, вот артизан — правильный подчинённый. Сказал парню — лезь в дудку, которая Ястреб, он и полез. А Син ломался, как гимназистка — мол, в последней партии, сначала подчинённые. Атэц-Камандрец, мысленно фыркнул я. Так и так никого из своих не оставлю.
Впрочем, на Милосердии у Сина, в отличие от главного шестерёнки — Эльдинга, дел не было, так что спорить с воякой я не стал. Любезны его сердцу еретические суда — пусть посидит до поры, я не против.
Так вот, отловил я Эльдинга и начал его теребить: