Старший развернулся, с его руки сорвалась огненная стрела, поразившая цель справа. Фарадис отправил следующую в огромную тварь, похожую на медвеморфа. Их я видела только на картинках и оживленной иллюзии. По размеру этот тип морфа был больше волка в три раза и гораздо сильнее.
— Ган, не стой, ставь второй кон, — приказал мастер и кинул плетение в морфа.
Заклинание добило тварь. А воин тем временем прикончил двух волков.
Дальше я не следила за ходом боя. Пытаясь принести пользу и повторить удачный эксперимент, ставила круг. Несколько раз сбивалась и начинала заново. Петли поучились кривыми, основная линия истончалась в нескольких местах, но и так сойдет. Чуть было не забыла про метки, их следовало расположить на равноудаленном расстоянии друг от друга. Защитных рун получилось меньше, чем в прошлый раз, зато их начертание было почти идеальным.
Теперь нужно объединить управляющие линии нового кона с уже активным. Но замкнуть круг мне не удалось – вчера мастер взял управление на себя.
Взглядом нашла мастера. Он с одного заклинаниями разил тварей, которые толпились перед кругом. Более или менее расчистив от тварей территорию вокруг полога, Старший забрал себе новые линии контроля. Услышав низкий гул, который слегка отдавал в ноги вибрацией, вздохнула с облегчением.
Мастер Хольд подошёл к Ларе, минуту поговорил с ней. В руках у неё появился кристалл связи.
Поток морфов вновь увеличился. Никто не отвлекался. В этой суматохе я сначала подпитывала контур, от натиска тварей истончавшийся на глазах, потом кинула первый попавшийся амулет подальше от круга. Вспышка, и языки пламени взметнулись в пяти тактах от меня. Мастер жестом показал, что так делать не стоит.
К сожалению, изготовление амулетов занимало много времени. Чем проще заготовка, тем быстрее наносились руны или плетения. Для сильных чар требовались сложные заготовки. Например, металлы и драгоценные камни. Это уже задача для магистра артефакторики. Магия опасна, но и имеет естественные ограничители, что предохраняет неопытных магов от неприятных последствий. Слабый маг не сделает сложный амулет, но и не нанесёт большой ущерб, в случае неудачи.
Я использовала заготовки из обычных камней, ниток и дерева. В ближайших планах, моей целью было научиться работать с проволокой из мягких металлов.
Казалось, уже прошел целый день. Отряд с меньшим пылом атаковал тварей. Только мечник яростно бросался в атаку. Силовая аура, окружавшая воина, защищала от зубов и когтей. Щит Лары блокировал натиск крупных морфов.
Воинов обучали церковники с юношеских лет. Это было таинство, которое держалось в секрете. Они приносили присягу Светлой церкви по окончании обучения, а маги – клятву верности Гильдии магов. И у тех, и у других был свой Кодекс; свод правил, которые боялись нарушить. Все знают, что боги карают отступников.
Щит воина погас. Странно, я посмотрела на Лару и обнаружила причину пропажи щита. Лара использовала кристалл связи. Зря ей его доверили. Только на этот раз, она бледная, с застывшим лицом, торопливо что-то говорила.
Мечник безуспешно пытался привлечь внимание защитницы. Я послала в её сторону магический импульс. Лара отмахнулась.
Прямо позади воина, возникла неизвестная тварь. Размером с медвеморфа, она двигалась стремительно. Издалека была похожа на комок слипшейся шерсти на шести тонких ножках. Ума не приложу, как она может передвигаться. Казалось, если бросить камнем в ногу, она тут же сломается.
Тварь находилась в трёх тактах от мечника. И тут раззявила пасть, из которой выстрелило длинное щупальце и насквозь пробило грудную клетку. Кальвин удивленно опустил голову и посмотрел на рану, которую покинуло щупальце. Это было последнее в жизни, что он сделал.
Пока я застыла от шока, Лара медленно отходила к тропинке справа. Она собирается нас бросить?!
Мастер одной сигной добил тварь, убившую Кальвина. Пусть Вельрод примет душу воина. Снова появилось слишком много морфов, с которыми Старший успешно расправлялся.
Фарадис бросал замысловатые плетения в очередную тварь, постепенно сдвигаясь в мою сторону. Лицо выражало упрямую сосредоточенность.