Мда… уела, зараза.
Между тем, Ари продолжила:
— Капитан, я там подберу пару машинок, они сейчас как бы ничьи…
Не вовремя я глотнул кофе — поперхнулся, а через несколько минут уже наблюдал, как вместе с людьми в боты грузятся камуфлированные спецназовские «Тигры».
Может ее опять заморозить?
— 33 —
Президент сидел за столом, пил кофе, и задумчиво смотрел на телефон. Похоже, он дал серьезную промашку, этот парень знал, о чем говорил. Связь с группой захвата пропала, а посланное подкрепление обнаружило следы ее присутствия… И только. Не было людей, не было техники. Не было ничего. Он рассчитывал на то, что этот Олег — патриот, за это говорили его последние действия, он не станет вредить своим. Но, судя по всему, рассчитал плохо. Патриот, это не синоним идиота. Но неважно теперь, кто он — упущенные возможности — это важно. Президент не отрываясь смотрел на телефон. Телефон молчал. Он выждал несколько минут, и, подняв трубку другого аппарата, набрал двузначный номер:
— Что удалось установить по подключению к связи ЗАС?
Ответ не порадовал:
— Пока ничего, работаем.
Президент грустно усмехнулся, и решительно продолжил:
— Прекратите все работы. Пусть стоит как есть. Для нас монтируйте новую линию.
Потом нажал кнопку селектора секретаря:
— Министра культуры ко мне. Срочно. Да, еще Кастрикова пригласите на то же время. Нет, чуть раньше…
Кастриков, возник сразу, он ожидал в приемной, но секретарь восприняла команду «Не беспокоить» буквально.
Президент взглянул на вошедшего человека:
— Садись, Михалыч. Что у нас по теме?
Евгений Михайлович Кастриков — именно ему было поручено проверить информацию с флешки — присел, но тотчас вскочил:
— С вероятностью сто процентов все так, как нам сказали. Проверили на пяти добровольцах — люди хватаются за любой шанс — все сработало, они здоровы. Конечно, продолжаем наблюдение, продолжаем опыты, негативных последствий пока не выявлено. Любопытный факт — в дальнейшем, от контактов с больными, повторного заражения не происходит. То есть лекарство не только уничтожает вирус, но и модифицирует организм, делает еще одну надстройку для иммунного аппарата. Тот, кто это придумал — гений. Я бы очень хотел побеседовать с этим человеком!
Президент улыбнулся:
— Я бы тоже хотел. Готовьте продукт к промышленному производству. Последствий для больных не будет. Я уверен.
Еще через полчаса, министр культуры тоже получил указания.
А еще через день, практически все телевизионные каналы России объявили о создании российскими учеными лекарства от СПИДа, а потом так же дружно показали художественный фильм — «Подвиг разведчика». Что интересно, практически в одно время — переключиться не было никакой возможности. Так что посмотрели все.
Желтая пресса пестрела всевозможными версиями случившегося, и было непонятно, что произвело больший фурор — открытие лекарства или последовавший телевизионный демарш с фильмом. Версии выдвигались самые фантастические, причем, как принято у литературы подобного толка, все они были истиной в последней инстанции. Одна газетенка попала наиболее близко — послание инопланетянам. Но никто этого, разумеется, не подтвердил. И не опроверг.
— 34 —
Майор Рыжов, командир готовившейся к штурму группы спецназа, открыл глаза. Самочувствие было великолепным. Он находился в небольшой, квадратов на восемь, комнате. Из мебели тут была одна кровать, на которой он и лежал. Майор напряг память — что произошло? Он помнил, как собрался отдать команду к выдвижению на исходные позиции, а потом все, как электричество выключили — сплошная темнота. Рыжов поднялся и неторопливо осмотрел комнату — не было даже намека на дверь или другие, обычные для комнат вещи — окна, например, или люстры. Тем не менее, светло… Светло! Через секунду майор понял, что спокойный и ненавязчивый свет излучают сами стены. Мистика. Он ущипнул себя за руку, не помогло — декорации не менялись. Рыжов присел на кровать — и что делать то?
В этот момент одна из стен вдруг дала трещину и в проеме образовалась молодая, лет восемнадцати, девушка. Она сурово посмотрела на растерянное лицо Рыжова и мелодичным, чуть хрипловатым, голосом произнесла:
— Ну что, майор, допился?
В ее правильной речи слышался легкий акцент. Рыжов оторопело посмотрел на посетительницу, ну да, бывало, выпивал в компаниях, но без фанатизма:
— Э-э… Ты кто?
Ответ был беспощаден:
— Я твоя персональная «белочка»!