Два из четырех крыльев малой авиации уже были сформированы. Пусть пока допуска на полет не имели даже командиры, это уже были боевые подразделения. Когда командир первого из них, крыла тяжелых штурмовиков, пришел и заявил название крыла — «Дети славянки» — я не особо удивился, и протестовать не стал — хорошо. Но больше мне понравился второй, командир легких штурмовиков, который прошел в кабинет, и учтиво кивнув, озвучил:
— Капитан! Второе крыло, командир — старший лейтенант Немец. Прошу утвердить название крыла — «Недоумение Славянки»!
Признаюсь, честно, я на секунду завис… и только потом понял, ведь он — гений! Что сейчас начнется!
Уже не стал удивляться, когда вернулся первый, и заявил:
— Капитан! «Гнев славянки»! И никак иначе!
Следом было еще два визита командиров еще не существующих крыльев. И они подтвердили мои выводы: «Возмездие славянки» и «Правосудие славянки». Все бы ничего, но два из четырех крыльев, в потенциале, должны были иметь на борту вооружение, способное снести с лица Земли саму Землю. Названия хорошие, надеюсь, я не ошибся в людях.
— 47 —
Ну, что-то я отвлекся. На звук ревуна тревоги «гости» среагировали адекватно. Старший из гостей поинтересовался:
— Олег, в чем дело, и можем ли мы быть полезными?
Даже не нашел, чего правильно ответить…
— Нет, все в порядке, оставайтесь на месте, но я должен отлучиться. Это работорговцы, я говорил вам о них. Если не возражаете, на Землю вас проводит Сергей Михайлович.
И, через секунду:
— Ари?!!
Ответ был ожидаем, но поступил по нейросети:
— Я готова, Капитан! Умножим их на ноль? — Пока я разбирался с «гостями», штурмовик Ари успел выйти в космос и выполнить несколько пилотажных фигур, в результате которых, и оказался напротив обзорной палубы, выписывая затейливую глиссаду — пижонка!
— Капитан! Нам пора!
Времени было в обрез — чем дальше от планеты мы перехватим неприятеля, тем больше шансов остаться незамеченными.
Сумасшедшая гонка до посадочной палубы вызвала достаточно неприятные ощущения, но уже через пару минут, упав в кабину штурмовика, я смог принять управление.
Рядом со мной, от «Тени» отделился абордажный бот, и, почти незаметно дыхнув дюзами, устремился в сторону незваных гостей. Хотя, какие еще дюзы, я мысленно чертыхнулся — стереотипы. У мезонных двигателей — излучатели, маломощные маневровые реактивные двигатели не в счет, это, скорее, средства управления.
Рейдер должен был иметь две абордажных партии — но, пока, лишь одна из них была укомплектована полностью. Ее возглавлял тот самый капитан — десантник. Конечно, группа не успела в полном объеме, пройти обучение, но послушав гомон голосов в салоне бота, я решил не вмешиваться с советами и просьбами. Мне показалось, что эти парни и так порвут всех на части. Блин, мне ли не знать их возможности! Другое дело, что неизвестны возможности противника, но это временно — бой план покажет. Конечно, сейчас я бы предпочел оказаться в составе абордажной партии, но лишь два готовых пилота имелось в наличии. Досадно.
Вмешиваться штурмовикам не пришлось — абордажный бот, включив слабое поле подавления щита, беспрепятственно подошел к обшивке корабля работорговцев — щит он преодолел играючи. Непонятно, обычно, для этого требовалось вмешательство извне. Для того и висели рядом штурмовики, чтобы залпами бортовых орудий продавить защитное поле и дать возможность боту произвести абордаж. В итоге, пока абордажники успешно брали корабль под контроль, я и Ари, нарезая круги вокруг, чувствовали себя лишними на этом празднике жизни. Прошло минут двадцать, и тут что-то пришло в голову, наверное, мысль:
— Ари, снимаем маскировку!
В ответ донеслось несколько удивленное:
— Принято, Капитан!
И вот. Вот они мы! Что дальше?
Дальше, нас наконец увидели. Внезапно, от уже практически захваченного, по докладам абордажной команды, крейсера, веером брызнули ракеты. Арид произвел рекогносцировку — по пять ракет на наши, с Ари, штурмовики и пятнадцать на основной борт — на «Тень». Не смертельные, но серьезные противники. Вышли ракеты не штатно — на корабле не имелось специализированных пусковых, поэтому под пусковую была переоборудована одна из палуб малых пустотников, что на несколько секунд обеспечило значительную скученность целей. Как только система целеуказания выдала отметки, отработал по ним из всех стволов, и даже попал — одна ракета взорвалась, а еще две, вдруг прекратили разгон. Либо я накрыл, либо поражающие элементы первой, взорвавшейся. Тоже не плохо, ждать больше нечего — не прекращая огня, начал маневр уклонения, но тут вмешалась Ари: