Глава 12
Дознаватели выполняют свою работу согласно «Положению о создании кабинета дознавателей» и являются аппаратом внутренней разведки ордена. Управляющий кабинета подчиняется непосредственно Великому инквизитору или лицам, временно исполняющим его обязанности. Основная задача кабинета - выявлять любую деятельность, несущую угрозу учению Антартеса на территории империи.
Основные положения о структуре ордена и разделении власти, часть 7.
Серые небеса нависли над городом каменной плитой, и беспрестанно извергали из себя потоки холодной воды. На улицах необычайно безлюдно, и даже в районе Большого храма Феникса, где весь день толпятся паломники и ведутся службы, нет ни души. Мостовая под ногами блестит от влаги, и мне начинает казаться, что в блеске её я вижу собственное отражение. Кем меня теперь считают в ордене? Предателем или всё тем же младшим дознавателем? Как Виктору удалось отвести от меня все подозрения, и удалось ли вообще? Каждый раз наш разговор с братом обрывался так грубо и на полуслове, что я уже отчаялся получить от него нужные сведения, и потому решил действовать так, как подсказывают мне чувства.
Гранитная громада капитула вырастает передо мной из пелены дождя, угрожающе щерясь бойницами надвратной башни. Архитекторы, создававшие это чудо, в большей степени были склонны создать нечто грозное и одновременно красивое, нежели практичное и лишенное излишеств, и потому капитул больше напоминал сказочный замок, неведомым образом выросший посреди города, чем резиденцию самого влиятельного и могущественного ордена империи. Так мне всегда казалось, по крайней мере. Сумрачные шпили внутреннего собора скрывались где-то в дождливой дымке у меня над головой, но я все равно мог разглядеть их, даже с закрытыми глазами: настолько образ этот глубоко засел у меня в голове.
Стража у ворот, увидев мой перстень, без лишних слов освободила мне путь. На это я совершенно не рассчитывал, и даже растерялся, когда передо мной открылась калитка, ведущая во внутренний двор. Но делать нечего, я вошел внутрь как ни в чем не бывало, и отправился прямиком в помещения архива, куда вело меня чутьё. Минуя очередной пост стражи, теперь уже у входа в цитадель, я оказался вначале в своём старом кабинете, в котором оставил мокрый плащ, а затем и на нижних этажах, где помещались архивы. В здании почти никого не было, за исключением нескольких клерков, занятых своими делами, и даже главного надзирателя за всем этим сонмом знаний нигде не было видно. Моего старого знакомого я нашел на удивление быстро, он, исхудавший, с пергаментно-серой кожей, больше похожий на мертвеца, сидел за ворохом бумаг и сосредоточенно в них что-то выискивал.
- Брат Экер, давно не виделись.
Мой голос, казалось, не произвел совершенно никакого эффекта, поскольку Экер лишь на мгновение соизволил поднять глаза, тут же уткнув их обратно в истерзанный листок в своих руках. Дочитав, по всей видимости, всё, что хотел, он отложил все свои дела в сторону, и поднялся со своего места.
- Боюсь спросить тебя, но всё же должен: какого демона ты сюда пришел?
- Пришел проведать старого друга.
- Ах, друга, значит?
От былой манеры его речи, казалось, не осталось и следа. За эти несколько месяцев Экер изменился так, что я теперь смотрел на него, и видел перед собой будто бы совершенно другого человека. Наружность его, впрочем, стала еще уродливее, но вот его голос...
- Попасть-то ты сюда попал, но обратно тебя теперь никто не выпустит. По распоряжению Великого магистра, мы уже вторую неделю сидим на особом положении и ждем непонятно чего. И потому я повторюсь: что ты здесь забыл?
- Я же сказал.
- Я в полном порядке. Теперь можешь заняться другими делами.
- У меня к тебе исключительно глупый вопрос, но не гони меня раньше времени, прошу. Что вообще обо мне тебе доводилось слышать?
На безжизненном лице Экера застыло какое-то тупое выражение, будто мой вопрос поставил его в тупик. Он то ли попытался улыбнуться, то ли рассмеяться.
- Это что, очередная твоя шутка? Что я должен был о тебе слышать? Кто ты вообще такой, чтобы мне было это интересно?
- Я в том плане, - замявшись, я не сразу сообразил, как правильно сформулировать вопрос, - не связывают ли моё отсутствие с чем-нибудь, скажем, не очень хорошим.