— Андрей Владимирович! — Владимир, поначалу желавший только успокоить учёного, всё же сорвался, — не понимаю, у всех физиков так — поначалу впадать в подобие религиозной горячки и в окна сигать, а, после положительных результатов эксперимента, относиться к новому открытию, как к чему-то совершенно банальному? — Владимир пожал плечами, — я же говорил вам, — темпоральная энергия разумна — это — Вечность, мы прикасаемся к Божеству! Моя Печать посвящена именно Богине Вечности, я думаю, стоит уважать, можно сказать, научные методы тех, от кого мы данные артефакты получили! Если древнеегипетская мистическая традиция требует чтобы Портал находился в соответствующем Храме, определённым образом сориентированном на стороны света — нужно воспринять это как техническое требование, — Владимир потряс руками от волнения — он хотел именно убедить учёного, приказ Императора Белов исполнит и так, но в данном случае, очень важно, чтобы академик понял, — мы вступаем… вы вступаете на тот уровень науки, где грань между физикой и мистикой, религией, философией — зовите, как хотите — стёрта! Быть может, точное воспроизведение условий для Портала — нечто вроде теста — в те ли руки попало Знание!? Вы отрицаете такую возможность!?
— Ну… — Белов вздохнул, — а вот это в корне меняет дело, Владимир Александрович… Если есть хоть один шанс такого — один из тысячи, а это весьма вероятно, тогда воспроизведение Храма необходимо. Что же — академик улыбнулся Владимиру, и протянул ему руку, — беру свои слова обратно, историки и мистики могут отпраздновать ещё одну победу над физиками! Но, не хотите, всё же, взглянуть, Владимир Алекс…
— Я же говорил — Владимир. С очень большим удовольствием! — майор пожал академику руку.
Сооружение в громадном бронированном железобетонном ангаре полигон-лаборатории было почти завершено. МАЗы, встреченные Владимиром по пути в НИИ, везли ни что иное, как блоки для возведения Храма, надёрганные Катапультой из породы. Козловой кран, собранный в ангаре специально для этих целей, поднимал одну из колонн, здание воспроизводилось даже в мелочах. Восстающий из ничего в Иллюзии Храм Врат напоминал ожившую компьютерную реконструкцию, разве что без росписей. Различные строительные механизмы работали почти бесшумно, что усиливало эффект.
— Владимир, где Андронов нашёл этот Храм и дезактивированное Зеркало, насколько мне известно, в числе египетских туристических объектов, он, мягко говоря, не значится? — улыбнувшись, спросил Белов.
— Я был там, вместе с ним, с нашими. Сравнительно недавнее археологическое открытие — двухтысячный год. Многие египетские археологи разделяют точку зрения Андронова относительно Тайного Знания, вот его и пригласили, когда обнаружили развалины, с объектами, скажем так, соответствующими его описаниям. И расшифровали некоторые надписи. Храм довольно древний — двадцать третий век до нашей, и небольшой — это, впрочем, вы сами видите. Неофициально, конечно, Андронова пригласили читать лекции, я по легенде обеспечивал безопасность одной из наших археологических экспедиций. Потом с нами состыковались и повезли на место. В конце концов, профессор и его египетские коллеги, изучив всё, пришли к выводу, что следы, говорящие о назначении Храма, необходимо уничтожить. Так и сделали. Сбили некоторые барельефы и росписи, получился один из обычных, хотя и редких, храмов Маат. Ликвидировали следы раскопок, а останки Портала надёжно спрятали. Когда археологи, не посвящённые в эту операцию, найдут Храм, они сочтут его обыкновенным историческим объектом, Андрей Владимирович.
— Вы были там? Видели лично? — в глазах Академика загорелся интерес, граничащий с завистью, — когда Портал был дезактивирован и почему?
— Да, мне очень повезло! — Владимир улыбнулся в ответ, — третий век до нашей эры. Египтяне сохранили Врата даже при персидском владычестве, но уничтожили Портал, вероятно, судя по надписям, разочаровавшись в эллинистических Фараонах.
— Вы видели мёртвый Портал, а я покажу вам Зеркало, которому только предстоит открыть Врата в Вечность! — Белов хотел оставить эту партию за собой, и Владимир с удовольствием дал ему такую возможность:
— Весь нетерпение!
Они быстро спустились в подвал здания НИИ. «Вот, уже изготовили, как говорится, примите работу!» — Белов подошёл к конструкции, установленной в просторном помещении и отдёрнул шторку из металлизированной плёнки.
Это было Зеркало. Такое же, как он видел несколько лет назад, на раскопках. Объёмная бронзовая рама и зеркальная пластина в человеческий рост, покрытая напылённым золотом. И в верхней части рамы было углубление по форме повторяющее поверхность кристалла. Это были Врата, техногенные Врата Города Тайны, как назвал Иллюзию Предшественник, и Владимир должен был открыть их. Должен!
— Это… это же техногенное Зеркало Атума, Андрей Владимирович! — Владимир не смог сдержать эмоций.
— Пока, Владимир, это, как у вас говорят, массогабаритный макет. Вроде и похожа, и с крылышками, и на пилоне висит, а не ракета! — академик пожал плечами, — и мы пока не имеем возможности оживить его, судя по документации «Хранителей», а я всё больше склонен им верить. Увы, но пока…
— Я знаю способ, наверняка это сработает. Только, пусть пока это будет тайной — моей и генерала Васильева, — Владимир улыбнулся.
— Что же… Дай вам Бог…
— Ну а пока, Андрей Владимирович, я должен уточнить у вас сроки завершения монтажа фотонного энергоблока, и пригласить на совещание к Фараону, точнее, сию же секунду увезти вас с собой в Управление. Время… Может — это и иллюзия энергии, но очень жестокая и требовательная иллюзия…. — Владимир вздохнул.
— Понимаю. Город прижали как никогда, и мы должны использовать новый козырь. Поехали, подробности, касающиеся фотонной энергостанции, я расскажу вам по пути.
— Да, последнее. Не против на моей машине, если нет, то можно и на вашем служебном «линкольне», свою попрошу отогнать к Управлению кого-то из моделей.
— Да нет, Владимир, я не жлоб и «втроем на пяти машинах» ездить не люблю! — Белов улыбнулся.
— Как бы, в подтверждение своих слов, академик уместился на переднее пассажирское, а может, просто, за годы работы в Городе, он привык к тому, что бэшники неуютно себя чувствуют, когда кто-то смотрит им в спину.
— Господи, ну и машинка! — Белов не удержался от комплимента — и по какому классу это чудо техники забронировали, и где?
— По классу… Ну, не знаю, девятый считается, если корпус держит полудюймовый БС последней модификации. Где десяточку бронировали — на «Роствертоле» — могли бы догадаться! — Владимир улыбнулся, слегка повернувшись к академику головой. Ещё один армейский двадцатитонник, гружённый блоками для возводимой храмовой постройки встретился им по пути.
— Да, конечно, — Белов улыбнулся — мог бы. Но я же не, как это у вас называется, «пиджак», кстати, слово-то не обидное?
— Нет, что вы, Андрей Владимирович, аналитики этим определением едва ли не гордятся, считая себя «высшей кастой» Конторы! — Владимир ответил правду, но, с другой стороны, обратил это в шутку.
— Да. Я знаю. Высшая каста. Комитет, «Хранители», Брамины… — Академик с хитрецой посмотрел на Владимира, однако зря он прибеднялся насчёт собственных аналитических способностей, Синеусов немного скис:
— Что же, и это в точку. Вообще-то, не слишком удачное название Комитета, почерпнутое из зарубежной фантастики, брамины не могли быть воинами — скорее, похоже на древнеегипетских жрецов-воителей. Только… Воздержитесь, если не трудно, от того, чтобы поделиться, радостью этого «открытия» с Императором. Я сам скажу ему. Иначе, в наших отношениях снова возникнет неприятный оттенок, вы понимаете, а сейчас… Сейчас нужно держаться вместе, и без недомолвок — Владимир говорил не смотря на собеседника, всё же Белов нашёл способ его уязвить, делая вид, что полностью поглощён обстановкой на дороге, во что, принимая во внимание пустые улицы Города, верилось не очень.