— Нет, Володя, нет, слава Богу, эксперимент прошёл успешно. Но… Ты должен приехать в Управление. Срочно. Объясню ситуацию на месте.
Линкольн Белова ждал его на стоянке, академик махнул Владимиру рукой, приглашая сесть. Усаживаясь, майор с удивлением обнаружил, что шофёр Белова — человек, теперь он мог отличать моделей безошибочно.
— Да, Владимир Александрович, то, что передал нам спутник, впечатляет. Хотите посмотреть? — Белов спросил с какой-то хитрой интонацией и улыбнулся.
— С удовольствием. Но, Император вызывает меня не за этим, я прав? — Владимир не стал утаивать своего беспокойства.
— Не знаю, уважаемый, мне Васильев не сообщил, что именно случилось. Но какое-то ЧП у них произошло, явно. Все вопросы к генералу, — академик немного помрачнел.
— Ну что же, надеюсь, ничего страшного. Вы уже сообщили… кому хотели, отправили записи испытания?
— Да, Владимир. Они не разочарованы, — Белов улыбнулся, — мягко говоря. Астрономы считают, что произошло редкое столкновение крупных астероидов, или кометных тел, снова поднимаются еретики от физики, говорящие о космическом объекте из антиматерии, а жёлтая пресса уже говорит о корабле инопланетян, потерпевшем катастрофу. А те, кому нужно, знают, что это было. Город будет защищён на самом высшем уровне.
— Удивительно! — Владимир посмотрел на часы, — едва час прошёл с момента, когда излучение от вспышки достигло Земли, а шума…
— Пока, только в Интернете, Владимир Александрович. Новости отреагировали сухой информацией об астрономическом феномене. Ни у кого, собственно, как мы и предполагали, подозрения он не вызовет.
— Ну вот и слава Богу. Поздравляю вас с такой удачей, Андрей Петрович.
Линкольн затормозил у парадного входа в Управление.
Васильев сидел в своём кабинете один и сосредоточенно барабанил пальцами по столу, казалось, не замечая, что к нему зашли Белов и Владимир.
— Присаживайтесь, присаживайтесь, — генерал сказал тихо, всё так же, смотря в одну точку.
— Ну, что у нас плохого? — Владимир улыбнулся, стараясь немного скрыть своё беспокойство.
— Я думал, Володя, что ты сначала захочешь посмотреть данные зонда-спутника, а впрочем… Я думаю, то, что ты увидишь, немного тебя разочарует.
— Давайте начнём со спутника, — Владимиру, действительно, не терпелось увидеть запись.
— Ну что же, покажем нашему другу, что вы, — генерал кивнул академику, — с ним сотворили.
— Покажем, Александр Петрович, — Белов откинулся на спинку кресла, Васильев включил проектор.
…Едва видимая светлая точка в почти авиационном кружке целеуказателя на фоне мёртвых немигающих звёзд и чёрного-чёрного пространства. Секунды отсчитывали последние мгновения эксперимента, счётчик более малых единиц времени мелькал незаметно человеческому глазу. Тьма исчезла — Владимиру показалось — только показалось, мягкий свет проектора не был способен на такое, что вспышка резанула ему глаза. Экран был белым, мертвенно белым, затем сине белым…
Вспышка исчезла внезапно, в космосе начала расти газовая воронка — оранжевая — астероид в три километра диаметром был не просто распылён — испарён, раскалённые газы остывали, облако белело, вскоре, оно стало похоже на серп Венеры, если смотреть на неё в мощный телескоп, когда планета приближается к Земле — фотонный взрыв придал облаку форму полусферического зеркала, отражающего солнечные лучи, едва ли не прицельно — умножитель подошёл к астероиду под рассчитанным углом, и Владимир знал это, — на Землю. Воронка всё разрасталась, пока облако пыли не стало бледнеть, рассеиваясь, заполнив собою весь экран и заслонив далёкие звёзды.
— Как я понял, ваши гипотезы подтвердились, Андрей Владимирович? — майор без промедления обратился к Белову, едва экран проектора погас.
— Именно, Владимир Александрович! Погрешности практически нет! Вы и профессор Андронов были правы, — Печать разумна! Реактор можно запускать без опасений!
— Как некстати, Андрей Владимирович, как некстати, — выдохнул генерал, когда мы… Впрочем, перейдём к проблеме, которая столь интересует Володю. И не зря — ведь его убили менее часа назад.
— Меня, — Владимир даже кашлянул от неожиданности, — конечно, поспать вы мне не дали и морда у меня зелёная, но, я не слишком-то смахиваю на мертвеца, — Владимир скорее растерялся, чем попытался отшутиться, Белов тоже ошалело уставился на Императора.
— Уничтожена модель-девятнадцать, прототип, бортовой номер — шесть. Вместе с фальшивой «десяткой».
— «Близнец»? — вот тут майор понял весь ужас ситуации, а Васильев хотел, чтобы утром они с Анной ехали едва ли не на прорыв, да если Абрамов…
— Именно, Володя, — генерал нервничал, и снова стал барабанить по столу. Наверняка — работа Абрамова. Вопрос в том, что наш общий знакомый хотел убить тебя, и не побоялся в наглую привести свой приговор в исполнение. «Корнет», или что-то аналогичного поколения, — индукционная ПРО сработала, но энергии струи хватило… Детонировал молекуляризатор, погибло восемнадцать человек — водители и пассажиры автомобилей, которые попали под волну электротермического взрыва, чего Абрамов, естественно, не мог предположить, но фрагментов конструкции модели на месте не осталось, хоть что-то радует, мы проверяли, испаряется даже титан. Без остатка.
— Мне бы вашу уверенность, — Владимир глубоко вздохнул, — зато теперь противник, — майор выделил это слово, подчёркнуто применив его к Абрамову, а не к его сообщникам, — противник предполагает наличие портативного энергетического оружия, ведь, насколько я помню, они не верят, что Город располагает роботизированными моделями, считая это невозможным. Одно другого легче… Радует только то, что отменяется эта экстремальная поездка в Питер.
— Не отменяется! — генерал даже привстал с кресла, — напротив, завтра вы поедете встречать Абрамова! С Анной, Володя, с ней, с ней, если ты хочешь спросить об этом!
— Но, Александр Петрович, — Белов притворно кашлянул, — вы же не можете рисковать дочерью!
— Не могу, Андрей, не могу, — Васильев прикрыл глаза, — но риск допустим, а я не могу рисковать Городом! — генерал поднял трубку, — соедините меня с генерал-майором Абрамовым. СВР.
— Но, Александр Петрович, вы же говорили, что Иллюзию прикроют на высшем уровне! — Владимир не понимал, что происходит.
— Это так, Володя, — Фараон положил трубку, ожидая соединения, — я имел разговор с Президентом. Но… Он решил, с одной стороны, продемонстрировать мощь Города, а с другой, — поставить больше вопросов, нежели дать ответов — к Катапульте и остальным объектам никто не будет допущен.
— А вы решили нарушить приказ? — Владимир улыбнулся — Васильев был в своём стиле.
— Наоборот, Володя, — теперь разулыбался генерал, — да, я перенесу Город, что, собственно, и продемонстрирует мощь, и оставит загадку — существовала ли Иллюзия вообще, а если да, то, неужели подпространственный перенос целого города был и вправду осуществлён. А в это время, вы с Анной добудете то, что позволит нам открыть Врата. Назовём его Активатор, хотя я и не знаю, чем это окажется.
На генеральском аппарате, точнее, на пульте, присоединённом к стилизованному под старину телефону, загорелась синяя кнопка — Абрамов вызывал Васильева на видеосвязь.
— Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант! — Владимир и Белов услышали голос Абрамова по громкой связи, видеовыход переключился на генеральский компьютер, с неотключённым проектором, благодаря которому Владимир увидел довольно наглое выражение лица заместителя главы СВР.
— Ну что же. Спасибо, коли не шутишь, Юра. Заезжай завтра к нам, гостем будешь, надеюсь, ты с дружественным визитом, — генерал говорил со своим коллегой из СВР с каким-то неприкрытым превосходством, и Владимир не понимал Васильева.
— Визит вполне дружественный, Александр Петрович. С нами будет военный атташе США и три евра, вы уж их не разочаруйте, чтоб пересрались как следует. Можешь считаешь меня предателем, можешь — чёртом с рогами, но в этом споре прав я — оружие Неприменения не надо прятать, его надо на поясе носить, позвякивая! — Абрамов был очень доволен собой.
— Нет, Юрий, ты не предатель, дурень ты, — при этих словах генерал-лейтенанта, выдержка бывшего спецназовца изменила Абрамову, его лицо стало действительно перекошенным, — хочешь усесться на два стула. Не осуждаю. Считаешь, что ты умнее всех, — ты неглуп, и ты сможешь закопать своих либералов и разыграть своих заокеанских приятелей. Только вот между двух стульев сядешь, — Васильев говорил спокойно, едва не смеясь в лицо своему собеседнику.