Прикрыв левый глаз, Старик практически полностью избавился от видений. То, что он наблюдал правым глазом восхищало его. Изнанка Дар Миглида была целиком воспроизвндена из зловещих субстанций. По этой причине некромант так хорошо в ней ориентировался. Узор его окружения застилал черный дождь. Старик тщишся сморгнуть его. Но воля поработившего сознание мортуса не давала ему это сделать.
Зверь внутри ускорил шаг. Его влекла к себе багровая пульсация. Что-то маленькое и низкое, почти у самой земли горизонта. "Ты любишь меня?" Дюжина мерцающих пятен струилась к Старику. Она быстро приближалась. Очертания были неясными. Пятна смешивались и разбегались, перепрыгивали невидимые препятствия и соединялись воедино.
Рык прилетел одновременно с первым пятном. Огромный мясистый хищник ударил Старика в грудь. Некромант повалился навзнич и рычащая лавина накрыла его. Пальцы сложились в ритуальные сигмы, и потянулись к закрепленному на поясе фулгуриту. Но чужой неизбывный голод вцепился в его мозг. Мертвыец запретил ему противостоять этим тварям. Некромант приоткрыл левый глаз и увидел детей. Мерзких, румяных, в цветочных венках. Он зажмурился.
Кровь из-под острых клыков заплясала над Стариком. Адские псы принялись терзать его щуплое тело. Рвать, кусать и пресыщаться. Мортус внутри озверел. Боль придала ему сил. Пятна стали четче. Обрели морды, клыки и лапы. Старик увидел в них голодную свору. Он потянулся к одному из псов зубами, и вцепился во вздувшиеся на его шее вены. Рык сменился удивленным визгом. Пес заскулил и отпрянул. Но зубы некроманта крепко держали его. Фонтан крови брызнул вверх и назад. Он окатил монстров за спиной твари.
Руки некроманта взмыли вверх. Непослушные пальцы вцепились в теплое и пышущее агонией тело. Железный хват обвил мускулистые лапы и потянул в разные стороны. Крик пса на мгновение стал походить на человеческий. Свора озадачено замерла. Окровавленные морды вытянулись, а старик привстал. Руки рванули с небывалой силой и вожак захрустел.
Псы отпрянули и попятились. Они в ужасе смотрели на свою добычу. Вожак напуганно верещал. Звук его крика вырывался из растянутой плоти. Груди. Горла. Плеча. Визг не смолкал. Он клубился во тьме, пока не оборвался сочным хрустом. Туша пса безжизненно обвисла. Разорванные мышцы наполнили плотяной мешок кровью. Старик отшвырнул его от себя и осмотрел стаю.
Он расслабился и дал мортусу волю, позволив вернуться в возбужденный мозг. Пальцы гнилой твари обхватили его мысли, вздернули вверх и толкнули к застывшим псам. Собаки попятились. И кинулись врассыпную. Вместо визгов и лая, в ушах Старика звучал детский смех.
Он сделал несколько шагов. Наклонился и подял с песка переломанное тело вожака. Пес был еще горячим. Большое багровое лакомство. Некромант потянул ноздрями и впился в жесткую плоть. Кровь заструилась по подбородку. Груди. Пупку. И паху. Жажда сырого мяса отстранила Старика, и мортус получил полную власть над ним.