Король обернулся ко мне. Я затаила дыхание, ожидая, что скажет мне человек, который в буквальном смысле потерял лицо в противостоянии с юношей.
И он сказал именно то, что я больше всего боялась услышать.
«Тень. Убей».
Я не шевелилась. Смотрела в одну точку. Сосредоточилась на том, чтобы не позволить Твари вырваться. О, она-то всегда не прочь выполнить подобный приказ. Ей-то незачем прикрываться временным молчанием магического контракта, как последним щитом против сокрушительного воздействия чужой воли. Я игнорировала её недовольное ворчание и считала вдохи.
Воля против воли. Жажда крови против нежелания убивать. Ярость против спокойствия.
«Я больше чем Тень. Тень — всего лишь часть меня. Мое тело, сердце и разум принадлежат мне. Не Владетелю. И даже не королю. Для него мой ответ будет сюрпризом. О да. Интересно будет посмотреть на его лицо, когда я скажу ему „нет“».
Я открыла глаза и встретилась взглядом с Ланселем. Приговорённый смотрел на меня как очарованная мышь на змею. Не отводил глаз. Не дышал. Не верил, но боялся.
«Жди своего часа, Тварь», — подумала я, глядя прямо в горящие пламенем злые щелки на угольно черной морде. — «А лучше проваливай в Бездну, пока я не нашла способ от тебя избавиться. Я скорее убью себя, чем позволю тебе творить, что вздумается».
«Я подожду, когда ты умрешь, и займу твоё тело», — насмешливо фыркнула в усы черная кошка. Она оставила попытки захватить контроль, уселась на задние лапы и склонила голову набок, выражая заинтересованность.
Меня отвлек от спора с Тварью сухой звук нескольких щелчков пальцами прямо перед лицом. Король пытался привести меня в чувство.
— Ты меня слышала? Я сказал «убей», — повторил Эриен. Кажется, он был всерьез озабочен моим состоянием, как мило.
— Нет, — холодно ответила я.
— В каком смысле «нет»? — король заглянул мне в лицо, потом обернулся на госпожу Парлас и повторил свой вопрос, адресуя ей.
Она поправила на носу магические очки и воззрилась на меня. Оценивающий взгляд скользнул от макушки до пяток. Стёкла ловили блики фальшивого света, рассеивали голубоватые лучи на разноцветные пятна.
— Сеть на месте, Ваше Величество. Но… кое-где потоки не замкнуты. Они восстановятся сами через некоторое время, — очень тихо сказала госпожа Парлас.
«То есть, вы хотите сказать, что есть магические очки, которые позволяют видеть запретную магию? Ох, Арри, ты либо многого не знал, либо бессовестно лгал мне! „Магия так не работает“, — постоянно твердил ты в ответ на мои вопросы. Ха! Три раза ха!»
— Я вам что, лампа? — горько поинтересовалась я. — Собираетесь меня чинить? Я человек! Пока что. И я не хочу никого убивать.
Реакция короля была предсказуемо страшной. Он скривил рот в припадке ярости. Зрачки сузились, почти потерялись в потемневшей радужке. Он замахнулся, но не ударил, потому что госпожа Парлас цеплялась за рукава короля. Тот нетерпеливо сбрасывал её руки.
— Ваше Величество, слишком многое идёт не так, как мы планировали. Девчонка ещё не готова. Будьте благоразумны! — вполголоса втолковывала она.
Король отпихнул женщину и принялся подворачивать рукава рубашки, будто был не наследником Тысячелетней династии, а всего лишь задиристым моряком в портовом кабаке. Я в своё время на таких вволю насмотрелась.
— Тень! Я жду объяснений! — грохотал он. Я вздёрнула подбородок, бесстрашно глядя ему в глаза. Смертоносная молниеносность безжалостной ярости уже позади. Хотя расслабляться ещё слишком рано. За королем стояли два гвардейца. И вот они смотрели молчаливо, цепко, внимательно, как и положено боевым псам, натренированным убивать, а не лаять.
Хозяин, впервые столкнувшийся с неповиновением, горел жаждой жестоко расквитаться. Он железной хваткой схватил меня за подбородок, второй рукой отпихнул Рина в сторону, словно тот весил не больше щенка.
— Ты должна подчиняться моим командам, Тень. Если я скажу тебе «убей», ты убьёшь. Если я скажу тебе «умри», ты умрёшь. Что. Значит. «Нет»?
— «Нет» значит «нет», мой король, — прохрипела я, не делая никаких попыток вырваться из болезненного захвата.
Я прокручивала в голове любимую поговорку про то, что двум смертям не бывать. Она слегка успокаивала меня. Дарила надежду, что смерть позволит закрыть счёт игры в мою пользу.
— Иногда смерть — это не самое страшное, — я не удержалась и выпалила эту фразу вслух. Правда, удовольствие оказалось изрядно подпорчено тем, что услышав крамолу, король отпустил мой подбородок и вцепился в горло.