— Я зря тебя жалел, девчонка! — прошипел король, сдавливая стальными пальцами мою шею. — Надо было ломать без жалости, чтобы не осталось ни воли, ни достоинства. Не будет от тебя пользы, глупая, своевольная…
Я цеплялась обеими руками за его пальцы, тщетно пытаясь разжать мёртвую хватку. Но в руках уже не было силы. Сознание гасло. Чужие голоса звучали в голове смазанно, неясно, почти полностью заглушённые шумом крови в ушах и частым стуком сердца. А потом всё закончилось.
Глава 20. Обман доверия
Королевская усыпальница. Храм Создателя
Ночные тени глубоки, как омуты. Нырнешь в такую — и чувствуешь себя в безопасности. Скользишь на границе света, никем не замеченная, неуловимая, как водомерка. Свободная от страха перед той Бездной, что лежит под ногами. Не поднимая головы к Свету, чтобы не выдать своего присутствия.
В тенях учишься главному: не высовываться, не поднимать головы, прятать глаза. Не выдавать своё присутствие — значит быть в безопасности. Долгое время мне удавалось быть тенью среди теней. А потом меня заметили.
Жесткий слепящий свет фонарей патрульной самоходки рыскает по сторонам, в поисках того места, где укрылась я. Выцветший листок с символом Академии сам по себе отрывается от стены и с шуршанием летит в сторону кареты. Направленные вперёд снопы фонарного света ловят листок, а следом за ним — меня.
Я бегу. Но ноги отказывают. Я падаю на четвереньки, но упрямо ползу вперед. Свет настигает меня, от него уже негде скрыться.
Еще мгновение, и…
Я открыла глаза. Закрыла и вновь открыла, чтобы удостовериться: нет никакой разницы. Темнота окружала меня плотным покрывалом. И в этой темноте был еще кто-то живой. Кто-то дышал, спокойно, размеренно. Совсем рядом.
Босым ногам было холодно. Сказывалось чрезмерно долгое соприкосновение с каменной плитой. Я зябко поджала пальцы, подтянула колени ближе к груди. Плечи на это движение отозвались острой болью. Какая связь между коленями и плечами? Я несмело пошевелилась, пытаясь по реакции тела определить, что со мной сделали. Руки онемели, стянутые ремнями (а скорее всего, магическими путами) за спиной. Но это ещё не самое интересное. Спина ощущала холодную гладкость хорошо отшлифованного камня. Я подняла голову и коснулась затылком каменной колонны.
— Оклемалась? — голос из темноты звучал ещё более хрипло и едко, чем обычно. Он, конечно, мог мне мерещиться, но не узнать его было невозможно.
— Волк? — мне пришлось приложить усилие, чтобы разлепить губы и протолкнуть в пересохшую глотку звуки человеческой речи. Связанное, замерзшее тело ощущалось чужим и неудобным. Хотелось покинуть его, как неприветливый дом, и именно сейчас казалось, что это так же легко, как выйти за дверь.
— Нет, просто ещё один демон, — смех у невидимого собеседника вышел каркающим, жутким. Вдобавок он отразился от скрытых в темноте каменных сводов, многократно откликнулся сам себе, порождая незатихающее эхо.
— Не смешно, — коротко ответила я. Мне хотелось добавить, что было бы любопытно посмотреть, как в моих ботинках ходит кто-то другой, пусть даже Волк, но это была бы слишком длинная фраза. Не стоило тратить силы на пустые слова.
— А мне смешно, Тень, — серьёзно отозвался невидимый Волк. — У короля была собака, король её любил. Она съела кусок мяса, король её убил. Смекаешь?
— Заткнись.
— Это ты заткнись и слушай в оба уха, повторять не буду. У тебя кровь чистейшая, фиалкоглазая, а значит есть выбор до самого конца: сопротивляться или нет. У тебя между ушами одна извилина и та прямая, иначе ты бы давно поняла, что к чему. Король охотится на выродков потому, что они, в отличие от тебя, сопротивляться не могут. Правда, насколько мне известно, те дохнут быстро, не выдерживают. А ты с рождения отмечена и до сих пор держишься. Сечёшь?
— И что? — равнодушно спросила я. Торопливый шёпот Волка не давал мне достаточно информации, и оттого только раздражал. Мне хотелось, чтобы он заткнулся и дал мне воды.
— А то. Я должен был тебя убить сразу же, как увидел. Сейчас не сидел бы здесь с тобой, как идиот. Ну или докажи, что я не зря тебя берег, вытащи нас обоих отсюда. На днях этот городишко встряхнет так, что мало не покажется.
— Хочешь унести ноги? — холодно уточнила я.
— Нет, повеселиться вместе со всеми, — усмехнулись в темноте. — А чего хочешь ты? Можешь проходить сквозь стены, когда не надо, а, когда нужно стряхнуть браслеты, послушно сидишь на привязи. Или это потому, что хозяин посадил? Ты хорошая собачка?