— По чьему приказу? Повтори! — потребовал Волк.
— Эсстель приказала вернуть браслет любой ценой: убить, если потребуется, — я допила последний глоток и с сожалением поставила опустевшую чашку, еще хранившую тепло напитка, на столешницу.
— Какой еще браслет? — нахмурился лидер Ночной гильдии.
— Который читает мысли. Его Терри смастерил. В качестве выпускной работы, он сам сказал. Терри, кстати, все бросил и убежал вместе с принцессой. Где они оба — могу только догадываться, — я пожала плечами. — Она уже какое-то время не выходит со мной на связь.
Старый Лис покачал головой.
— Браслет читает мысли, чушь какая-то… — он опёрся локтем о стол, ладонью отёр рот и подбородок, погрузившись в глубокие размышления. — Ты точно в этом уверена? Потому что браслет не может читать мысли. В него встроен механизм передачи голоса. — Старый Лис показал на свой браслет, постучал ногтем по утолщению. — Вот здесь браслет «слышит» слова, а дальше магия заботится о том, чтобы «услышанное» передать по адресу.
— Откуда вам знать, вы не магистр.
— Не нужно быть магистром, чтобы понимать, как работают эти игрушки. Магистры их изобретают, собирают на своих мануфактурах, а мы ими пользуемся. Или ты думаешь, мы взяли бы на вооружение то, в чём ничего не смыслим?
Я промолчала. Ничего не скажешь. Сама-то таким здравомыслием и предусмотрительностью похвастаться не могла. Волк выскользнул из-за стола и подошел ко мне вплотную.
— Ты слышала её голос в своей голове, верно? — мягко спросил он, взяв мою руку в свою. — Вот с кем ты разговаривала тогда, в парке. А я не просёк. На тебе нет браслета, но это не помешало тебе разговаривать с принцессой. И ты ничего не заподозрила?
— А что я должна была заподозрить? — слабым голосом прошептала я, испытывая жгучее желание сбежать подальше, лишь бы не чувствовать на себе прожигающий взгляд Желтоглазого.
— Что он тебе мерещится? — скрипуче подсказал Старый Лис и расхохотался.
Я отступила. Волк держал крепко, не отпускал.
— Вы издеваетесь? Вы и лысого демона не смыслите в магии, оба! Я знаю такое, что у вас волосы дыбом встанут. Магия Академии — всего лишь игрушки, тут вы правы, но есть ведь запретная магия крови. Она может ломать волю, забирать жизнь. Читать мысли на расстоянии — почему нет? — Я балансировала на краю запрета. Отдавала себе отчет, что не смогу переступить через него, но надеялась, что имеющий уши услышит: «Король владеет запретной магией, он сломал мою волю, может забрать жизнь одним словом, а принцесса легко читает мысли».
«И это не мои домыслы, она ведь пришла тогда к архивариусу!» — убеждала я себя.
— Ты не заподозрила, что это все её игра? — Волк настойчиво притянул меня к себе и обнял. — Только её и ничья больше? — шепнул он мне на ухо. И осторожно поправил выбившийся локон.
Я окаменела, снося непрошенную ласку как пытку. Волк отстранился, поднял двумя пальцами мой подбородок, изучая лицо с таким вниманием, будто пытался прочесть что-то написанное мелкими буквами в области переносицы. Мне оставалось только гадать, каким образом одержимость отражалась на внешности, потому что с недавних пор все смотрели на меня с подозрительным пристрастием. Еще эта тревожащая ремарка насчет трещин в глазах… Я хотела и боялась спросить.
— Как узнать наверняка? — Губы и горло пересохли, поэтому и вопрос мой прозвучал подчеркнуто сухо.
— Мы найдем ее и зададим пару вопросов. Ей и Терри, — пообещал Волк. Провел большим пальцем по ложбинке под нижней губой. Я затаила дыхание. Мне пришло в голову, что он смотрит на меня точь в точь как змея глядит на кролика, стискивая пушистую шубку холодными гибкими кольцами.
— В любом случае нужно остановить короля. А судьба его дочери не в ваших руках. Ты знаешь, Волк. Волос не должен упасть с головы… — проскрипел Старый Лис.
Волк не стал спорить с тем, кого почтительно называл «отче». Выпустил меня, склонил голову, соглашаясь со стариком. А тот в это время закончил:
— Одной из этих девушек. Две принцессы — это слишком много для такого маленького королевства. Одной из них придется исчезнуть.
Голос Старого Лиса обрел глубину и… вес. Я едва не задохнулась под тяжестью произнесенных слов. Грудную клетку сдавило словно в тисках. Я открыла рот — беззвучно, потому что голос внезапно пропал, а потом сглотнула комок и всё же выдавила через силу:
— Останется Эсстель.
Старый Лис аккуратно сложил пальцы домиком. Склонил голову к плечу, выдержал паузу, чтобы обдумать ответ.