Я скосила глаза на чёрную кошку, следующую за мной по пятам. На её лоснящейся шкуре свет вёл себя совершенно непредсказуемым образом, будто жил собственной жизнью, а законы отражения его никак не касались. В какой-то степени оно так и было. Тварь пока что не принадлежала этому миру физически, поэтому все её метаморфозы отражались лишь в глазах смотрящего. Она не выросла больше, чем была, и это уже внушало крохотную надежду, что я смогу и дальше контролировать Тварь из Бездны. Тень услышала мои мысли и насмешливо сузила горящие внутренним огнём угольки глаз.
«Да. Мы ещё поборемся», — эта мысль крутилась по кругу, как потерявшая ориентир стрелка компаса.
Хуже всего было то, что я временами словно теряла связь с реальностью. Забывала дышать до тех пор, пока в груди не поселится тупая боль, уходящая с первым вдохом. Воздух обтекал меня нехотя, ощущался, как желе со вкусом пепла. Если сильно прикусить губу, фокус возвращался, но ненадолго. К запаху гари добавился вкус крови.
Не на пользу мне пошёл свежий весенний воздух улиц Верхнего города. Чем светлее становилось небо, тем сложнее было удерживать концентрацию. Казалось бы, должно быть наоборот, ночь должна давать Тени силы.
«Магический контракт, будь он проклят. Я нарушила приказ, вот в чём дело! — осенило меня. — Был ли в этом умысел короля? Дать мне невыполнимое задание, и дождаться, когда ледяные змейки запретной магии в наказание сожрут всё, что есть во мне от человека, оставив только Тень?»
Я больше не смотрела по сторонам. Меня волновал лишь плеск воды под подошвами. Я стремилась шагать тише, быть незаметнее, но все усилия были тщетными. От каждого шага по лужам разбегались круги. Красные фонари зыбко плясали под ногами и над головой, и мне мерещилось, что улицы залиты человеческой кровью.
А потом мы натолкнулись на них. Два человека лежали ничком поодаль друг от друга. Оба в чёрных мундирах, один — так даже со знаками отличия. Сотник. Волк подошёл к нему, присел рядом на корточки. Я остановилась в стороне, не испытывая желания подходить ближе. Мне и со своего места отлично видно, что сотник был мёртв. Я отвела взгляд, потому что смотреть на мёртвых было слишком трудно. На глаза попалась опрокинутая набок самоходная карета. Что за сила сумела подкинуть и отшвырнуть повозку? Днище было подпалено и варварски раскурочено, будто кто-то небрежно разрезал металл и отогнул в сторону.
«А ведь там, между колёс, в центре повозки должен быть закреплён магический кристалл! Может, вонючие зелья короля так работают?» — предположила я, покачиваясь с пятки на носок.
Волк зачем-то перевернул гвардейца на спину. Расстегнул пуговицы на мундире.
Стоять на месте было тяжело, сознание тут же уплывало, в глазах начинали прыгать чёрные точки, вытягивались полосами и дразнили неуловимыми шепотками. От сапог расходились круги, которые никак не успокаивались. Я переступила, неуютно поёжилась. Холодный вязкий воздух неохотно втягивался в лёгкие и растекался вместе с кровью по всему телу. Тёмная зеркальная гладь сознания причудливо трескалась, но пока держалась в рамках. Я была собой до тех пор, пока спокойна. Я думала лишь о том, что буду бороться столько, сколько понадобится. До самого конца — если понадобится. Мысли принимались гоняться за собственными хвостами. Я покрепче обняла себя за плечи. Такую странную форму приняло намерение держать себя в руках. Плевать. Лишь бы держаться. Дойти до барьера.
— Вот посмотри, — Волк разрезал ножом рукав мундира мертвого сотника, рванул так, что треск ткани услышали две кошки на противоположной стороне улицы, прыснули в разные стороны. Я разглядела знакомые очертания рисунка на теле. Тату «Человек короля» — как трогательно. А то мы не заметили. Перевела взгляд на Волка, который выглядел вдохновлённым своим открытием.
— И что? — собственный голос ощущался как облачко пара, выдохнутое из лёгких. Невесомый и тающий. Вместе с тем, жаль было потраченных слов, их и так немного осталось, и в каждом — минута жизни.
Волк поднял голову, глядя на меня снизу вверх. А брови, напротив, насупил. Тень при виде этого забавного зрелища фыркнула в жёсткие усы. Я едва заметно улыбнулась. Не стала ждать, пока он подберёт слова, чтобы объяснить свою догадку, потому что у меня были готовы возражения.