— Машины Смерти больше нет, Ваше Высочество, — объяснил Арчер, словно среди нас был хоть один человек, кто не понял этого. — Терри предсказал этот взрыв. По его расчетам, машина не могла проработать долго. Теперь наш ход, — старик схватил Эсстель за здоровую кисть и сильно сжал.
Она не стала это терпеть, выдернула ладонь и попятилась. Волк заступил между ними, вынуждая магистра посторониться. Карьян без колебаний возник рядом, с угрожающим видом насупив брови.
Эсстель в это время схватила меня за плечо, чтобы заставить встретится с ней взглядом.
— Король был в храме? Ты связана с ним магией крови, можешь сказать, жив он или нет?
Я пожала плечами.
— Той магии больше нет, — с этими словами подняла руку и показала ей обожжёные пальцы, на которых уже вздулись волдыри, будто хотела этим жестом объяснить ей всё, что случилось. — Сгорела.
Верховный щёлкнул пальцами. Помимо звука щелчка я услышала отчетливое сухое потрескивание, примерно такое, какое сопровождало удары хлыста Красавчика.
— Зато у нас есть своя магия, Ваше Высочество. С этого момента игра пойдет по нашим правилам. Ваш наивный план провалился. Я предупреждал, — жестко отчитывал принцессу господин Арчер, однако благоразумно не приближался к ней, выглядывая из-за широкого плеча Волка. — Из-за того, что вы настаивали на переговорах, мы потеряли много времени, и теперь придется решать проблему радикально. Жертвы будут на вашей совести. Надеюсь, вы довольны собой…
Эсстель выслушивала суровый выговор, не говоря ни слова и не опуская подбородка. Убедившись, что ему не удается ничем пронять эту упрямую гордость, Верховный поморщился и обратился к более отзывчивой аудитории.
— Алпек, Баррис, обеспечьте нам прикрытие. Господам гвардейцам нужно организовать подобающий приём. Мы поднимаемся в библиотеку, чтобы восстановить купол. Все остальные — держите их как можно дальше, и сами не подходите. Нам нужно время. Карьян, вы идете с нами.
Раздав указания своим людям, господин Арчер начал подниматься по лестнице. Эсстель последовала за ним, но я удержала её рядом на мгновение, которого хватило, чтобы сказать главное:
— Не верю я ему.
— А мне? — глаза Эсстель больше не кололись и не отталкивали меня, а смотрели открыто и доверчиво. Я поневоле расправила плечи и улыбнулась. Кивнула. Принцесса впервые на моей памяти «отразила» мимику за мной, правда в обратном порядке. Но сам факт согрел мне сердце.
— Верь мне. Я сумею всё исправить. Но сперва мы укроемся от людей короля и обсудим кое-что с магистром. Я у него в заложниках, ты же понимаешь, — Эсстель подняла подол длинной юбки и ступила на лестницу.
Волк подал мне руку, как высокородной. Я приняла его помощь. Исключительно потому, что совсем недавно едва не разбилась здесь. Не хотелось рисковать. Ну и самую капельку — для того, чтобы вновь ощутить то живое тепло, которое поддержало меня в решимости шагнуть через барьер. Глупое было решение. Глупое. Но если бы я заранее знала, к чему оно приведёт — повторила бы, не задумываясь.
— Ну и ну, ты только послушай, что она говорит, — фыркнул Волк, наклонившись к моему уху.
— А что при этом делает! — поддакнула я, невольно перенимая его манеру.
— Я понял. Слабоумие и отвага — это у вас в крови, фиалкоглазые, — хрипловатый баритон звучал как мурлыканье огромного лесного кота. Волк посмеивался надо мной, но при этом не насмехался. — Я уж было решил, что ты особенная, девочка-Тень.
«Ты даже не представляешь!» — по привычке мысленно ответила я.
— Что, я всё ещё не пахну как человек? — мне внезапно захотелось получить еще парочку комплиментов от Желтоглазого. И заодно уточнить вопрос, который столько дней царапался на краю сознания. Ведь я же все-таки человек! Так почему Волк говорил, что от меня пахнет чем-то иным?
Волк наклонился еще ближе и жарко зашептал, почти касаясь губами волос на виске:
— Ты все равно пахнешь ветром. Только сейчас это не ночной, холодный ветер, который несёт горькую соль, а один из пряных суховеев южных Пустошей. Если захочешь, я возьму тебя с собой туда, когда всё закончится. Тебе понравится.
Я представила бескрайнюю степь под сиреневым небом, где тёплые ветра свободно летают над пушистыми полями лисохвоста, не встречая на пути ни единой преграды. Было бы здорово хоть одним глазком это увидеть. Если бы только не больные лёгкие и выматывающий кашель…