Эпилог
Тонкий газетный лист дрожал в руках, из-за чего строчки плыли и извивались, как речные змеи, а буквы играли в чехарду. А что еще хуже — он совершенно одуряюще пах типографский краской, пальцы пачкались чёрным. Шеф-искатель, должно быть, извел годовой запас краски на допечатки тиража последнего выпуска «Королевского вестника». И весь он был посвящен одному безумному дню, который подвел черту под жизнью Безумного короля.
«Король мертв, принц получил помилование, барьер разрушен — хроника дня, когда все изменилось».
«Полночь: Без положенной в таких случаях огласки, в порту бросил якорь один из отечественных военных кораблей «Непобедимый». Со сходен под покровом ночи спустили груз — так называемый, «огненный порошок» Нового Света в ящиках и мешках. На Архипелаге, который не признает достижения магической науки, этот порошок используют вместо зелий для подрыва горной породы. Кроме того, он служит для того, чтобы с большой скоростью пускать литые металлические шарики из полых трубок, снабженных ухватистыми ручками и простым механизмом поджига и спуска.
В течение ночи на улицах города происходили стычки Ночной гильдии и обеих гвардий: Охотники за головами совершили несколько дерзких налетов на отдельные части Королевских Военных Сил, городская гвардия стремилась обеспечить порядок и сократить количество жертв среди мирного населения. К сожалению, многие горожане были слишком напуганы царившими слухами о надвигающейся гражданской войне, в связи с чем приняли решение покинуть город, нарушив комендантский час. Нет точных данных о количестве пострадавших, однако люди, находящиеся в сознании, утверждают, что пострадали от рук королевской гвардии, получившей приказ останавливать беженцев. Отмечается, что военные не отвечали ни на какие вопросы, не давали объяснений: ни искателям, ни коллегам из Управления порядка. Все, что удалось узнать: они руководствовались Декретом о чрезвычайном положении и действовали по букве закона. Искатели уже послали запрос в Военное управление, с требованием выплатить компенсации семьям, получившим травмы во время задержания.
Среди ночи поступило сообщение о том, что преступник, известный под кличкой «Старый Лис» держит в заложниках семью Первого советника. Десятник Тадеуш Тарс, сын убитого начальника Управления порядка Мариуша Тарса возглавил освободительную операцию, однако большей части преступников удалось скрыться. Целая сеть доносчиков из числа беглых арестантов успела предупредить главаря о том, что городская гвардия стягивает силы для решительного наступления.
Перед рассветом в штаб искателей пришел сам опальный князь Алишер, известный как Братоубийца, и сообщил о том, что король Эриен планирует взорвать Академию и весь Сияющий квартал. Он рассказал о немагическом оружии, о том, чем оно может быть опасно, и предупредил, что следующим шагом станет массовое убийство магистров.
Сразу после князя Алишера пришёл нарочный от короля Эриена с бумагой, подкрепленной королевской печатью. Он сообщал, что мятежные Магистры взяли в заложницы его дочь, наследную принцессу Эсстель. Король уведомил нас, что Верховный магистр Арчер несет личную ответственность за покушение на жизнь наследницы престола и долг короля — обеспечить спасение дочери и нейтрализацию мятежа. Он потребовал прислать искателей для освещения освободительной операции
На рассвете барьер по непонятной причине рассеялся. Гвардия сразу же начала наступление. Хотя мы видели, что перед нами собрались магистры, в том числе и принцесса Эсстель, которые явно хотели начать переговоры, они немедленно отступили в Великую библиотеку. Выглядело это поспешное бегство так, будто их планы были нарушены. Видимо, они рассчитывали на защиту барьера, планировали обсудить что-то, но в последний момент испугались. Впрочем, король всё равно явился много позже: когда все сотрудники Службы безопасности, прикрывавшие отступление Верховного магистра и принцессы Эсстель, были уничтожены немагическим оружием. По какой-то причине, магистры не прибегали ни к каким средствам самообороны, кроме зелий.
В это время прогремел взрыв в храме Создателя. Мы не ожидали ничего подобного, предварительное расследование ничего не дало. Известно, что в храме проводили капитальный ремонт перекрытий, причем, рабочие то и дело отчитывались о том, что сроки затягиваются. Должно быть, несчастный случай или преступная халатность привели к тому, что памятник архитектуры оказался погублен взрывом и последующим пожаром.