Я любила и знала Белый дворец куда больше, чем все его нынешние обитатели вместе взятые. Мне был знаком и дорог каждый камень, которым он был облицован снаружи умелыми руками тех, кто даже не был людьми в полном смысле слова. Мне был знаком каждый тайный уголок в каждом из коридоров. Для такой, как я, Белый дворец со своей необъяснимо замысловатой планировкой был настоящим спасителем и защитником.
Моя репутация неуловимой тени, умеющей исчезать в одном месте и возникать в другом, была бы не столь впечатляющей, если бы не секретные проходы, которые Белый дворец открывал только мне — иначе не могу объяснить полнейшую неосведомленность всех остальных об этих прямых переходах или, напротив, обходных коридорах. Разве что король, несомненно, был в курсе. Именно он показал мне, по каким признакам можно понять, что в этом месте Древние оставили какой-то секрет. Эти секреты были не только дверьми. Были также потайные ниши разных размеров — от небольшой щели для тайного письма до целых комнат и коридоров, в которых вполне могла жить такая маленькая девочка, какой была я много лет назад.
«Если маленькая девочка сумеет раздобыть себе мешок, набитый сеном, то не просто жить, а даже с комфортом», — напомнил демон.
«Заткнись, тебя тогда даже не было! Что ты можешь знать о том, как я… да что ты вообще можешь знать, тупой демон!»
Я остановилась. Села на козырек, свесив ноги вниз и задумалась, как планирую спуститься с крыши. Можно, конечно, обойти кругом эту башню или ту, что расположена южнее, поискать открытое окно, но я сомневалась, что кто-то станет проветривать комнаты во вторую весеннюю ночь. Надо же было закрыть то окно, через которое вылезла! Это всё глупая привычка тщательно заметать за собой следы! Я посмотрела на спокойно спящий у меня под ногами Акато-Риору. Ту девушку с рекламного щита отсюда видно не было. Да и потом, механические птицы улетают после полуночи. Кому показывать картинки, если жители города стараниями Ночной гильдии все равно вынуждены сидеть дома? Самые смелые не уходят дальше небольших ночных заведений во дворах, где могут выпить рюмку-другую и сыграть с такими же отчаянными храбрецами в карты.
«Сделай следующий шаг», — посоветовал демон. У меня закружилась голова при мысли о том, на что я готова решиться. Без доказательств, на одной вере в то, что меня выслушают. Я точно сошла с ума!
В комнате Его Величества горели магические лампы, а значит, он не спал.
*
Изрядно исцарапавшись и сломав два ногтя, я одолела непростой подъем на тот уровень, где находились личные комнаты короля. Очень удачно, что все коридоры, охраняемые магией и патрулируемые людьми остались позади. Я встала на козырек крыши, балансируя над пропастью, и постучала в окно с максимальной вежливостью и деликатностью, на которую только была способна в подобной ситуации. Я молилась всем Хранителям, чтобы в опочивальне короля не было посторонних фавориток, из-за которых он мог решить, что меня проще спихнуть вниз, чем объясняться потом с любовницами.
Мне пришлось несколько томительных минут трястись от холода и страха, цепляясь за почти несуществующие выступы, прежде чем за стеклом замаячило суровое лицо короля. Настолько суровое, что я даже в какой-то момент хотела сама разжать закоченевшие пальцы, чтобы не испытывать его терпение. Но это была глупая и недостойная мысль. Король бросился скорее дергать щеколду, чтобы открыть окно, и даже подал мне руку.
Сбивчиво благодаря хозяина за помощь, я первым делом бросила быстрый взгляд на большую кровать, изголовье которой спрятано в нише за пологом. Кровать была не расправлена. Король еще не ложился — ни один, ни с кем-то. Хотя успел раздеться — и оставался только в нижней сорочке и черных брюках. Безупречно белая рубашка, с широкими рукавами, собранными на защипы у запястий слегка просвечивала в искусственном освещении, вполне отчетливо обрисовывая крепкий торс, и я старательно отводила глаза, чтобы не пялиться на мужчину, который в каком-то смысле годится мне в отцы. Вместо этого рассматривала начищенные до блеска носки его лакированных туфель.
— Что ты за-абыла в моих поко-оях, Те-ень? — мягко спросил он. Его глубокий голос звучал скорее благосклонно, чем раздраженно.
Я надеялась, что Эсстель еще не рассказала, как она умно расставила силки в своем кабинете и едва не поймала «лисицу». Поэтому не хотела медлить с неприятным разговором. Ведь, стоит принцессе сказать что-то в духе: «кстати, папочка, если Тень заявится тебе под окна и начнет рассказывать о моей измене, не слушай», как я потеряю последний шанс рассказать о том, как наследница подставила меня. Дважды.