Я поспешила сделать большой глоток. Вино на меня действует не самым лучшим образом. Я быстро пьянею, а потом засыпаю. Наутро чаще всего болит голова. Скучный я человек, без изюминки. В портовых кабаках надо мной всегда потешались из-за этого.
— Подойди, налей еще. И сядь к огню, рядом. Почему ты заставляешь своего короля разговаривать с тобой через всю комнату?
Рядом с камином было всего лишь одно кресло, и оно было уже занято монархическим задом. Вздохнув, я опустилась на пол, подобрав под себя ноги, как делали наши далекие предки. Король одобрительно салютовал бокалом. Я изобразила ответную улыбку и ответила ему тем же. Интересно, успею ли хоть слово вставить до тех пор, как свалюсь от выпитого? О способности короля перепивать на спор своих придворных легенды ходят не только в Акато-Риору, но и за его пределами.
Король дождался, пока я выпью второй бокал, и только позаботившись о том, чтобы он был вновь наполнен, продолжил:
— Ты… тебе всегда говорили, что ты — ошибка, неудачное последствие эксперимента… Но на самом деле все несколько ина-аче. Это моя идея! Это все полностью моя идея! Никто больше не знал. Даже моя дорогая Лираэли… О, если бы она только знала, что я натворил!
Король, приговоривший две бутылки вина в одиночку, выглядел как больная собака. Как какой-нибудь здоровенный чистокровный пес, выведенный специально для Императора О-Диуры. Больной, со слезящимися глазами — но при этом все такой же величественный и внушающий страх. Ума не приложу, как это совмещалось в одном смертном человеке, да еще настолько несчастном.
Вот уже полное десятилетие он оплакивал смерть супруги, которая скончалась на второй день весны, не сумев дать жизнь его наследнику. Рассказывали, что магистры и лекари настаивали, что нужно выбирать, кто будет жить, а король в ответ спустил одного из них с лестницы. В итоге оказалось, что смерть и не собиралась выбирать — забрала обоих — и королеву и новорожденного принца.
— Ты выросла такой похо-ожей на Лираэли, — хозяин смотрел на меня без обычного отчуждения. — Ей бы понравилось, что ты так сильно любишь книги, что таскаешь их у магистров. Она тоже обожала читать и не любила этих проклятых умников.
Я молчала и ненавидела себя за это. Моя жизнь зависела от того, успею ли вставить в поток излияний пьяного монарха дурные вести, но я не нашла в себе сил открыть рот и произнести хоть один звук.
— Эсстель похожа на меня. Она готова на всё, если считает, что поступает пра-авильно. А ты не такая. Заба-авно, да? — он тихо рассмеялся, будто сказал что-то невероятно смешное.
Вот он — тот самый момент, когда я показалась ему в чем-то лучшей версией, чем Эсстель. Сейчас — или никогда!
— Мой король, я должна сказать вам…
— Ш-ш-ш-ша! Давай пей. Мне нужен достойный соперник, а не шулер, тайком пропускающий ход.
Я покорно допила остатки вина. С чего мне померещилось, что он готов меня выслушать? Такое было вообще хоть раз? Я не могла сходу припомнить. Как обычно, он указал мне на мое место. «Никто не спрашивает тень, куда идти» — говорят люди. Король Эриен очень любил эту поговорку. Еще бы — у него есть не фигуральная, а очень даже живая и разумная Тень на побегушках. Глядя на меня, король снисходительно улыбнулся — точь-в-точь как один из тех парней за стойкой в дворовых питейных, которые милы и любезны только когда доливают в твой бокал ещё вина. А всё другое время они вежливы, но их улыбки греют не лучше чем ледяные шарики, которые некоторые зачем-то бросают в алкоголь.
— Расскажи, как тебе удавалось проникать в Академию но-очью?
Я мысленно застонала. Демон в голове обрадованно заржал. Он предсказывал, что король в первую очередь спросит об этом. Ну, не в первую очередь, но да, без этого вопроса не обошлось.
— Нашла лазейку в магическом куполе, — быстро протараторила я, выполняя приказ, и тут же хотела продолжить, — Мой король, я должна сказать, что принцесса…
Он не дал мне закончить. Наклонился вперед и доверительно прошептал:
— Принцесса говорит, ты уже несколько лет крадешь книги из Великой библиотеки. Это правда?
— Да, мой король.
Он сильно хлопнул ладонью по колену и весело расхохотался, запрокинув голову, как будто в коротком ответе услышал полную версию моих приключений, начинающуюся с фразы «в тот раз я чуть не попалась».
— Нет, ну какова, а? — он весело подмигнул, приглашая тоже поучаствовать в его веселье, но я лишь фальшиво улыбнулась.
Эту версию Безумного короля я боялась куда больше, чем обычную: ту, что смотрит на меня как на пятно грязи, испортившей парадную мантию.