Я задумалась, как бы покороче сформулировать вопрос касательно планов насчет меня, но князь спросил первым:
— Как тебя зовут?
Уголёк в моих пальцах треснул и упал на бумагу, испачкав её черными мажущими крошками.
Я ненавидела этот вопрос. Самый болезненный из бесконечного списка вопросов, на которые у меня не было простого и ясного ответа. Впрочем, было одно слово, которое больше всего подходило в качестве имени. Король и принцесса звали меня так, но мне было очень неприятно слышать его в свой адрес. Настолько неприятно, что внутри шевелилось что-то нехорошее.
— Т.Е.Н.Ь? — удивился князь Алишер. — Тебя так Эриен назвал?
Я потёрла ладони друг о друга, чтобы хоть немного стереть с пальцев уголь и кивнула. Велико было искушение вытереть пальцы о скатерть, но я побоялась, что любящий чистоту князь вынесет мне смертный приговор за хулиганство.
Братоубийца откинулся на спинку стула и принялся не спеша раскуривать набитую трубку, попыхивая дымом. При этом он смотрел на меня как на занимательную безделушку в музее — вроде впервые видит, но при этом в общих чертах понимает, откуда такая взялась.
— Знаеж, а я не удывлён, — наконец пробормотал он неразборчиво, не вынимая чубук изо рта. Помолчав ещё немного, начал рассказывать, делая длинные паузы для того, чтобы отдать должное трубочному зелью.
— Когда мы были детьми — а я был намного младше братьев — нам иногда рассказывали разные сказки. Отец считал, что нам стоит знать про доблестных предков и их приключения. Я, разумеется, больше всего любил слушать про того, кто установил мир между людьми и Древними богами и основал Акато-Риору на границе трех разных миров… Да, Первый принц Алишер был и остается для меня примером для подражания… — Братоубийца замолчал и тяжело задумался. Но мы с Желтоглазым терпеливо ждали, и князь продолжил совсем другим тоном. — Братья не любили эти сказки. Они бросались подушками в каждого, кто предлагал послушать о Первом принце, и требовали страшные истории, от которых я потом не мог спать ночами напролет. Все эти призраки, тени, мертвецы караулили меня в каждом углу общей детской, скрипели дверьми, вздыхали в темноте и скребли когтями, а старшие братья не упускали случая добавить к моим страхам пару душераздирающих подробностей… К чему это я?
Ах да, Тень… Была одна история, которая нравилась самому старшему из нас, принцу Энрэ. История о человеке, который призвал из Бездны собственную тень и заставил ее служить себе. Говорят, она могла ходить на двух ногах, как человек, и носить полный воинский доспех, но под шлемом не было человеческого лица, только тьма с двумя горящими угольками на месте глаз. Кстати, никто никогда не слышал от нее ни единого слова, — рассказчик задумчиво посмотрел на меня, сделал паузу, чтобы выпустить пару дымных колец, и вновь сменил тон на более глубокий, — Тень днём и ночью охраняла своего хозяина, потому что ей не нужно было ни есть, ни спать. Воин с таким оруженосцем мог не бояться опасности. Он шел всегда в первых рядах, а за ним следовала Тень, сея ужас и смерть в рядах врагов. Король приблизил к себе этого человека, потому что хотел, чтобы неуязвимая Тень охраняла и его тоже. Достигнув высокого положения, получив звание генерала, гордец попросил руки принцессы. «А иначе, — сказал он, — я уйду, и вы не сможете меня остановить».
Король подчинился его требованию и началась подготовка к свадьбе. Принцессе не нравился жестокий человек, за которым повсюду таскалась страшная тварь, поэтому она думала-думала, и нашла как перехитрить своего жениха. Или ей подсказала ее мудрая нянюшка, я уже не помню… Не важно. Хозяин Тени на каждом королевском пиру любил хвастать тем, какой непобедимый телохранитель бережет его сон, и на своей собственной свадьбе никак не мог об этом умолчать. Принцесса тогда встала и предложила устроить поединок для развлечения гостей. Все затаили дыхание, когда она объявила, что сражаться будут жених и его телохранитель. Генерал только посмеялся: «Тень не поднимет меч против хозяина, я уже победил».
Тогда, в полной тишине, принцесса назвала Тень её подлинным именем, и Тварь из Бездны подчинилась ей. Без раздумий разрубила бывшего хозяина мечом на четыре равные части, а потом исчезла сама, оставив после себя только пустые доспехи.
«Тот, кто призовет зло из Бездны, призовет и погибель свою», — так сказала принцесса ошеломлённым подданным.