Меня всегда забавляла эта избыточная конспирация Аркана. Они словно заигрались в шпионов. Тайный особняк, зарегистрированный на какого-то полусумасшедшего старика, якобы, получившего его по наследству пятьдесят лет назад, подземные ходы, ведущие через два квартала, пароли, явки, надвинутые на лицо капюшоны… Я в ту пору тоже представлял тайное оккультное общество, но мне и в голову бы не пришло участвовать в подобных спектаклях. Я носил или обычный деловой костюм, как это было приято в столице, или национальную одежду моего народа, соответствующую моему статусу. Зачем ломать комедию, если императору уже и так осталось жить несколько часов, а заговор охватил буквально весь мир. Да даже если бы к нам заявился сам директор Имперской Службы Охраны, это ничего бы уже не изменило, механизм мятежа уже был запущен, и останавливать его было поздно. Можно было только немного скорректировать движение.
Помню, как мы собрались в том мрачноватом зале в тёмно-красных тонах: генералы, полковники, эмиссары революционных партий и члены тайных лож вроде меня.
Вепрь пришёл последним. Мощный, коренастый человек с уродливым шрамом через всё лицо и слегка увеличенными нижними клыками. Ни дать, ни взять - вепрь. Генерал Ворград, как его звали на самом деле, сумел сохранять хладнокровие. Он выглядел максимально спокойным, каждое его движение оставалось плавным, и голос - ровным и тихим, как обычно. И только маленькие глаза пылали неукротимой злой и решимостью, словно у атакующего дикого кабана.
Когда он вошёл, остальные прекратили разговоры и встали. Революционная дисциплина – кажется, левые это так называют. Генерал беглым взглядом осмотрел присутствующих, а я удивился тому, как быстро его глаза привыкают к темноте: в зале было значительно темнее, чем в ярко освещенной галерее, где он находился до этого. Кажется, даже подземный ход, которым мы добирались до особняка, был освещён сильнее, чем это проклятый зал. Ворград тем временем раскрыл свой большой некрасивый рот и хриплым голосом проговорил:
– Итак, друзья, мы подошли к решающему моменту. Все наши усилия, все жертвы, которые мы принесли, да не будут напрасными. Император и его режим больше не могут править судьбой человечества. Лучшего момента у нас не будет, мы должны действовать незамедлительно!
Кто-то из генералов пехоты, кажется Клацке, тут же кивнул и доложил о готовности.
– Наши войска приведены в полную боевую готовность. Люди императора ни о чём не подозревают.
Кто-то из лидеров леваков, я даже не знаю их имён, тоже заявили о полной боевой готовности. Как только по радио будет передан кодированный сигнал, их партизанские отряды и находящиеся в городах революционные ячейки атакуют императорскую армию и полицию в местах их дислокации. При поддержке танков Вепря это будет означать крах имперской власти во всех городах Старого Юга. Националисты из провинций тоже радостно закивали головами: их вооружённые до зубов головорезы были готовы свергнуть власть монарха в аграрных регионах северного полушарья.
– По нашим данным, император изменил маршрут – несколько обеспокоенно заметил Великий Архитектор Аркана, переглянувшись с Архимагосом, своим непосредственным начальником и главой всей организации – Вместо привычного путешествия поездом он возвращается в столицу на новом летательном аппарате – экспериментальном вертолёте. Вылет завтра в пять утра с аэродрома «Торрадон».
– Тем лучше для нас – спокойно ответил Вепрь – Вы ведь предусмотрели этот вариант?
– Конечно – на сей раз ответил сам Архимагос – Мы вышлем истребители, которые собьёт его над Ариенскими горам. Пилоты уже подготовлены и проинструктированы. Завтра в шесть утра император будет мёртв, а остальное уже ваше дело.
– Других изменений нет? – Вепрь снова внимательно осмотрел соучастников, и его взгляд неожиданно остановился на мне.
– Империя Шан-К’ин возродится завтра на всей своей территории – Уверенно ответил я.
Дальше доложили ключевые фигуры мятежа в столице. Генерал Ла-Костиньос, права во всех смыслах этого слова рука Вепря, ярый сторонник диктатуры привилегированного меньшинства в лице военных, взял на себя обязанности арестовать императорскую семью и парализовать работу Охранки серией диверсий в столице. Военизированные структуры Аркана при поддержке танкистов Вепря и двух полков колониальной пехоты должны были убить маршала Шата. Революционные ячейки разной направленности и сапёрная рота полковника ДюМелля обязывались устроить диверсии в полицейских участках и парализовать работу полиции, пока сам Вепрь во главе верных ему войск займёт императорский дворец. Так же войска генерала захватят аэропорт и оба озёрных порта, перекроют дороги и захватят находящиеся в столице средства связи. На всякий случай электроснабжение города так же должно было прерваться усилиями диверсантов-наёмников, а специально прибывшие под видом рабочих два полка сепаратистов из вассального королевства Лаа составляли резерв мятежников и должны были прийти на помощь там, где первоначальный план себя не оправдает.