— Силы, которая помогает управлять теневой магией?
— Именно, ваша светлость. Потому он оставляет их в мастерской, когда они в цитадели.
— Вы заметили, что его силы ослабевают?
— К сожалению, да, — Нони вздохнула. — Теперь он очень устает после пересечения границы Пустоты, и ему нужно больше силы зверей. Он ворчит, что навредит им.
Это поддерживало слова мага. Но, как и все слуги, чья жизнь зависела от их господина, Нони могла врать, чтобы защитить его и Ранит.
— Он создает все лекарства сам?
— Да. Мази, настои и медовуха господина известны среди целителей всех частей Кворегны, — она говорила с гордостью.
Снег стал кружевом на окне, и Галина смотрела на узоры природы.
Нони добавила:
— Я бы пошла за господином в Пустоту, если бы он спросил.
Когда служанка закончила расчесывать, она начала заплетать и закручивать волосы Галины в сложную прическу, закрепляя все серебряными шпильками с жемчугом, которые фрейлина Галины сложила к ее вещам.
Она повернула голову так и эдак, восхищаясь работой Нони, глядя в зеркало на трюмо.
— У вас навыки, достойные фрейлин при дворе Его величества, — сказала Галина.
Нони улыбнулась так широко, что ее лицо стало напоминать куклу из сушеного яблока, которые няня Галины делала каждую осень в ее детстве.
— Это вам спасибо, ваша светлость, — Нони поклонилась. — Я только подстригаю волосы господина и не могу ничего сделать с Магодом. Ранит еще не видел хорошей леди, как вы, — Галина кивнула, служанка извинилась и вернулась на кухню, чтобы готовить ужин.
Устав смотреть на четыре стены, Галина вернулась в библиотеку и взяла книгу, которую оставила на диване ранее в этот день. Но, стоило открыть книгу, она снова заметила движение краем глаза. Белое на белом, шаги в такт ритму бури.
Она повернулась к окну.
Олень вернулся.
Зверь смотрел на нее из-за калитки. Черные немигающие глаза манили ее.
— Почему ты вернулся? — Галина отбросила книгу. Она прошла к тяжелой двери библиотеки. Но снега за ней собралось столько, что она не смогла открыть. Она повернулась, хотела пройти через главный зал к входной двери и во двор. Но, стоило войти в зал, прозвенел колокольчик, оповещая об ужине.
Галина вздохнула. Придется спросить у теневого мага о звере. Странно, что он возвращался. Если так маг проклял ее, она поймет по его реакции, когда спросит об этом. И если нет, то он расскажет ей о загадочных существах. Хоть олень был внешне безобиден, его черный взгляд и возвращения заставляли волоски Галины на руках вставать дыбом.
От звука шагов на мраморном полу она повернулась и оказалась лицом к лицу с хозяином Ранита. В этот раз на его лице был холод, усталость оставила темные следы под глазами, его ладони дрожали.
— Вам нездоровится, господин волшебник?
Гетен резко посмотрел на нее.
— Я устал. Гадать по буре утомительно, даже когда у меня полная магия. Это не самый сильный мой дар, — уголок его рта приподнялся, он добавил. — Спасибо за переживания. Вряд ли вы ощущаете это так сильно, чтобы помочь мне, — он посмотрел на нее свысока.
Галина скрипнула зубами и ответила:
— Нет, теневой маг Гетен, я не изменила решения. И вам стоит помнить, что мы обсуждаем не мою службу вам, а вашу верность королю и стране, — она развернулась и прошла к главному залу, ее юбка недовольно шуршала.
Белый олень точно был наколдован теневым магом для его веселья. Наверное, поэтому он устал. Но ее не веселило это, и она хотела, чтобы он понял ее недовольство.
Гетен сел напротив, и Галина спросила:
— Какие звери живут в лесу с волками? Тут есть олени?
Он прищурился, глядя на нее, может, из-за ее фальшивого тона.
— Да, много черных и небольшое стадо рыжих. А еще там есть большие черные гризли, как на печати вашего отца, кабаны, разные куропатки, черные белки и много зайцев, — он притих, Нони подала суп из сладких корнеплодов, а еще ароматных хлеб, поджаренный и посыпанный белым тертым сыром и маслинами.
— Вы видели белого оленя? — спросила Галина, глядя на его лицо, пока зачерпывала суп в рот.
— Нет. Снежные олени бывают только на дальнем севере Налвики.
— Хм, — как и каждый раз в Раните, суп и хлеб были отличными. Но мясо снова не подали. — И нет прирученного оленя?
Ложка волшебника звякнула об белую миску, когда Гетен опустил ее.
— У меня нет питомцев, леди Кхары. Звери Хараяна никому не принадлежат. Откуда интерес к оленям темного леса?