— Согласен, — аппа повернулся к сыновьям. — Ведите лошадей. Поспешим в аббедей.
Гетен вышел из палатки, холодный белый снег окружил его и Галину, падал на его одежду и таял.
Через минуты они оказались на лошадях, поблагодарили и попрощались. Они понеслись по пустыне, подняв капюшоны, затянув крепко плащи из-за града и снега. Лошади фыркали и встряхивали головами, им не нравился шторм, но их повернули и направили домой, они знали безопасный путь к теплу.
Но через минуты град и молнии сменились белыми толстыми снежинками.
— Вы можете ослабить бурю? — крикнул аппа Гетену.
— Попробую, — он посмотрел на Галину из глубины темного плаща. — Монета, — крикнул он поверх ветра и стука копыт.
— Что она?
— Там явно было не только проклятие. Она отследила меня, — сказал он с горечью. — Она следила, наверное, годами. Она знала, что я теряю силы и покину Хараян. Я все упростил.
Галина покачала головой.
— Ты высокого мнения о ней.
— Я имел дело с тьмой десятки лет. Я знаю, как ею управлять, и как она управляет разумом мага. Я должен был знать, что она использует талисман. Нужно было уничтожить его вчера, когда я увидел на нем метку смерти. И нельзя было оставаться.
Унеген сказал:
— Не важно, как ведьма нашла вас, господин Гетен. Нам нужно было повысить ваши знания. Без вас Кворегне конец, — он указал на горизонт, снежинки скрыли пустыню. — Без вас четыре королевства укроет так, и все умрет.
Галина кивнула. Она уловила мудрость аппы, но горечь осталась в глазах Гетена. Она надеялась, что он не будет ненавидеть себя за то, что переспал с ней, игнорируя предупреждающие знаки.
Они ехали тесной линией. Сыновья аппы заняли места спереди и сзади, за Унегеном ехал Гетен, а потом Галина. Лошади стряхивали снег с ушей и ресниц. Пар вылетал из их ноздрей и ртов, белый на белом мире. Они двигались вперед трусцой, чтобы согреться и скорее добраться домой.
Восемнадцать
Гора аббедея появилась из белизны, пятно среди пустоты. Гетен пытался снова и снова прогнать бурю к горизонту, создать хотя бы участок тепла и ясности вокруг их группы. Он, наверное, преуспел в последнем. Они оставались живы, хоть было холодно, и выл ветер.
Лошадь Унегена завопила, другие четыре ответили. Звери ускорили шаги, стало видно ограду конюшни аббедея, темную среди тьмы. Оготай спрыгнул с седла и открыл врата. Все лошади поспешили в укрытие, и все — люди и лошади — вздохнули с облегчением.
Гетен спешился и пошел от лошади к лошади, гладил их носы и шептал:
— Спасибо, что вернули нас невредимыми.
Зверей укутали, накормили и напоили. Работа согревала пальцы и замерзшие тела.
Крик, разнесшийся эхом, показал, что беды не остались снаружи. Они повернулись к лестнице, ведущей к жилым этажам аббедея. Лошади переминались и скулили. Они рыли пол и стены загонов, вскидывали головы и расхаживали.
— Лошади говорят, что что-то не так, — дыхание Джучи вырывалось паром, в конюшне стало холоднее.
Треск, словно от ломающегося льда, раздался со стороны лестницы. Больше криков, и теперь было слышно и детей.
— Кровь и кости, — Галина побежала по лестнице, мужчины — за ней. Она резко остановилась на третьем этаже и поскользнулась. Гетен не дал ей слететь с лестницы. Сыновья аппы поспешили во двор, скользя, но желая помочь семье. — Стойте! — прохрипела она. Но они не слушались. Она сжала руку Гетена и указала на неподвижный комок на площадки. — Что сделало это?
Аппа Унеген замер рядом с ними, тяжело дыша.
— Это один из котов, — он был в инее, застывший и мертвый. Аппа потянулся к нему.
— Не трогайте, — Гетен отбил руку мужчины. Высокий зловещий визг раздался с вершины аббедея. Он посмотрел на ледяную лестницу и зверя в инее. — Монстр льда, — он хмуро посмотрел на тени лестницы.
— Монстр льда? — прохрипела Галина. — Изо льда и инея? — Гетен кивнул, и она сказала. — Сжечь его, — еще вопль донесся с лестницы. Хор криков ответил ему. Гетен поднял Галину на ноги, она толкнула его вперед. — Иди!
Он двигался по скользкой лестнице на четвереньках, чтобы не упасть. Наконец, он вышел во двор. Туман и снег кружили, ослепляя. Кровь и тела лежали на снегу. Оготай, Джучи, Кулан и Байчу уклонялись и отбивались мечами.
Существо, похожее на человека, появилось из бури. Размером с двух мужчин, оно поймало Оготая, когда его меч без вреда вонзился в него. Зверь тряхнул мужчиной, и кости ломались, кровь полетела на снег. Монстр отбросил человека.
— Не давайте ему себя касаться! — крикнул Гетен. Он уже не ощущал холод и течение времени, были только крики, вой ветра и зловещий визг монстра. Белый снег. Красная кровь. Заклинание строилось в его голове как гул пчел.