Поднявшись к себе на этаж, Кади переступил через спящего на ковре Аргона и подошёл к столу, где на постаменте стояла его автоматическая винтовка.
«Хотя сначала надо было воссоздать полуавтомат, но чего греха таить, автомат куда лучше будет», — подумал он, погладив винтовку.
На вид она напоминала Кади довольно распространённую бельгийскую штурмовую винтовку под винтовочный патрон. Рядом со стендом стоял магазин с пачкой девятимиллиметровых винтовочных патронов, которые уже дожидались своей очереди в магазин.
Не в состоянии оставить всё так, как есть, Кади неспешно снарядил магазин, проверяя каждый патрон на дефект капсюля и гильз. Затем пристегнул магазин и поставил винтовку на предохранитель.
«Посмотрим, как пружина справится с долговременным воздействием», — подумал он, после чего отложил автомат в сторону.
— Ладно, надо бы доложиться, — вслух подумал Кади и начал одеваться.
***
— Говорите, проект готов? — удивился сидящий перед Кади советник Императора.
На вид сухой старик, чьё лицо источало ощутимую ауру мудрости и знаний. Каргаделю даже показалось, что такой старик в обязательном порядке должен быть высшим магом, особенно если учесть количество колец с кругами заклинаний на его руках.
Со стороны старика же перед ним сидел юнец, у которого даже молоко на губах не обсохло, а он уже состоял на службе у Его Величества. Поглаживая свой перстень на указательном пальце, он старался успокоиться и прочитать чертежи, которые представил Кади.
«Они что, зашифрованы?!» — возмущался он про себя, но виду не подавал.
Половина обозначений на чертежах он ранее никогда не видел, отчего был немного в ступоре.
— Вы не использовали заклинания? — удивился советник, пролистав чертежи.
— А зачем лишние энергозатраты, если мы можем использовать обычную механику. Тем более применение заклинаний будет серьёзно демаскировать пулемётные позиции и сделает их лёгкой целью для врага.
— Да, это имеет смысл, но вы подумали насчёт обучения стрелков? Магия существует не просто так, а для облегчения жизни человеческой.
— Так и так пришлось бы обучать, тем более я не думаю, что у армии есть столько денег, чтобы снарядить пулемёты на каждого бойца, да и смысла в этом нет.
— Хорошо, я доложу Его Величеству, как только он закончит приём важных гостей. Что-нибудь ещё?
— Возможно, он заинтересуется первым тестированием данного пулемёта, поэтому пусть пришлёт доверенного к моему дому.
— Ясно. Можете быть свободны, — сказал советник.
Кади начал собирать чертежи и столкнулся с явно запрещающей это сделать рукой советника.
— Это я попрошу оставить.
— Увы, пока проект не получил одобрение Его Величества, я попрошу вас отдать чертежи. Из соображений безопасности, конечно же.
— Вы думаете, в вашей мастерской безопаснее, чем в императорском дворце?
Атмосфера начала накаляться.
— Это известный ход: мало кто подумает, что передовое вооружение будет разрабатываться в захудалой мастерской, тем более как раз императорский дворец является основной целью различных шпионов.
— Вы сомневаетесь в наших возможностях?
— Я сомневаюсь в целесообразности оставить чертежи тут. Тем более это единственные чертежи и копии мы не сделали.
Советник пристально посмотрел на Кади. Конечно, это была откровенная ложь хотя-бы из-за того, что чертежи, которые сейчас удерживал советник, были уже третьей копией сделанных Каргаделем.
— Тем более. У вас есть рабочий прототип, срисуйте с него, — настоял советник.
— Ладно, хорошо, — сдался Кади, — но вы ответственны за эти чертежи, в случае чего я укажу именно на вас.
Советник лишь промолчал и собрал чертежи в тубус.
— Вот, распишись, — пробурчал он, отдав Кади бумагу с подтверждением передачи.
Расписавшись, Кади попрощался с советником и вышел из приёмной.
«Странный малец, оболочка вроде бы обычная, но она даже не циркулирует с окружающей маной. Видимо, его так и не научили нормально использовать её… А, так вот почему он хочет использовать только механику», — подумал советник и удалился.
Покинув императорский дворец, Кади погрузился в раздумья. Он думал, что может произойти и как ему теперь стоит действовать. Первое, что он хотел — это поесть, поэтому выйдя из внутренних стен, он решил прогуляться в поиске закусочной и через пару десятков минут всё же нашёл одну.
Заказав на себя одного довольно крупный обед, он неосознанно привлек к себе внимание, особенно когда расплатился звонкой золотой монетой. Где-то на половине тарелки с супом к нему подсел какой-то парень лет двадцати-двадцати пяти.