— Об этом не беспокойся. Синдикат всё обеспечит, — ответил мужчина, после чего кинул на стол пару больших серебряных монет и швырнул маленькую золотую монетку в грудь женщине.
Успев среагировать, она поймала монетку единственной рукой и посмотрела на неё. Как оказалось, это была не совсем монета — с одной её стороны не было абсолютно никакой гравировки, но с другой находился крест, который разделял различные элементы и пересекался на черепе, занимающим каждый внутренний угол креста. Астенереза вздохнула.
«Не стоило ввязываться в это дело, даже если предлагала сама верхушка», — пожалела она, сжав в ладони злополучную монету.
— Я так понимаю…
Она хотела было продолжить разговор, но мужчина как будто испарился: ни его самого, ни его оболочки она не чувствовала, хотя была достаточно опытной в обнаружении. Погрузившись в свои мысли, вышла на улицу. Напротив выхода располагалась ничем непримечательная карета, рядом с которой стояло два амбала в кожаных доспехах.
— Можно без рук, — вздохнула Астанереза, кинув монетку одному из амбалов. — Я сама.
Видимо, понимая добровольность, они успокоились и мигом убрали из рук подготовленные антимагические оковы.
— Тем более будет странно, если посреди дня на даму нападут.
Сев в карету, женщину увезли в неизвестном направлении.
***
Двумя днями позже.
Быстро прибежав после встречи с Эрганом обратно домой, Кади начал совать в различные чемоданы и сумки всё, что хоть немного представляло ценность. Множество тетрадей с чертежами, которые были полностью на русском, некоторые элементы экипировки, находящиеся в процессе, и несколько комплектов одежды — ничего не оставалось на своих местах и опускалось в раскрытую поклажу.
Закончив с упаковкой вещей, он быстро разделся и забинтовался в свежие антимагические бинты, после чего достал с верхней полки шкафа очень большой чемодан и раскрыл его. Внутри обивка была словно махровое полотенце: множество ворсинок из шерсти с обеих сторон очень серьёзно утепляли внутреннее пространство, не позволяя стуже дотянутся до содержимого.
— Арго-о-о-он!
Как только Кади начал звать своего верного питомца, тот сразу весело и неловко затоптал лапками, проскальзывая по лакированному полу часть импульса шага, что добавляло его походке ещё больше неуклюжести. Хвост был слегка распушён и больше напоминал хвост сороки, но из щупалец, которые беспорядочно двигались вне зависимости от основной массы хвоста.
Каргадель попросту не мог не умилиться своему неуклюжему смертельно опасному питомцу, который может есть всё, что угодно, не делая различия между мылом и человеческим мясом. Рот в окружении глаз немножко надулся, выпуская между щелей нечто, похожее на фырканье. Как только Аргон приблизился к ноге Кади, то сразу же накинулся на парня несколькими щупальцами, стараясь поднять его за руки над землёй.
— Эй! — возмутился Кади.
Но это не волновало Аргона — он хотел играть.
— Да ты слушай, что говорят! — ещё сильнее взъелся Каргадель, после чего, схватившись за щупальца, резко раскрутил себя, вырвавшись из захвата.
Король Аргон не стерпел подобной дерзости от холопа, поэтому поистине королевским движением перебрался на потолок и начал бурить холопа взглядом. По часовой стрелке, конечно же.
— Спускайся! — сердито ответил Кади на выходку своего питомца, но тот продолжил крутить своими глазами вокруг большого рта посередине верхней плоскости головы.
Король Аргон не желал слушать возмущающихся холопов, поэтому, оттолкнувшись от одной из стен, начал носиться по всей комнате словно мячик-попрыгунчик. Правда, это был не совсем мячик. Туша в сорок-пятьдесят килограммов билась о стены с огромной силой, и если бы они не были каменными, то он наверняка давно бы их разнёс.
Вздохнув, Кади покопался в поясной сумке и нашёл небольшой шарик голубоватого цвета, который был в некоторых местах облеплен глиной.
«Я не хотел так делать, но ты меня вынудил», — подумал Кади, подкинув в центр комнаты шарик.
Не успел тот долететь до пика своего полёта, как был мигом перехвачен сверхбыстрым Аргоном. Сделав ещё пару рывков из стороны в сторону, Аргон вдруг потерял управление и на всей скорости, не успев сгруппироваться, врезался в стенку.
— А я говорил, слушай меня, — сказал Кади, наблюдая за засыпающим Аргоном.
Дождавшись тихого сопения змия, Каргадель потащил его за хвост в чемодан. Изначально он даже не представлял, как успокаивать эту «батарейку энерджайзер», так как даже самые мощные транквилизаторы действовали на него как мыло — было очень вкусно, правда, местами больно. Но стоило Кади выбросить в мусор прокисшее молоко, как Аргон сразу же вырубился, испробовав его. Кисломолочка оказалась довольно сильным снотворным для него, вынудив Каргаделя вовремя расходовать запасы всего доступного молока.