Он не сразу узнал отца. Бледный мужчина лежал и смотрел в потолок. Услышав звук, он обернулся на него.
— О, сынок, ты уже здесь... — обрадовался Гарнер. Даниэль уже второй раз улыбнулся. Он рад, что с ним уже всё хорошо. Вскоре пойдёт на поправку.
— Как ты себя уже чувствуешь? — поинтересовался Дэн.
— Мне уже лучше, спасибо вам, дети мои!
— Как давно у тебя были проблемы с сердцем?
— Уже 2 года, а может и дольше... Дэн, я не знаю сколько проживу ещё, но не хотел бы оставить тебя в неведении! Ты являешься моим сыном.
— Да, я знаю.
— Ты меня не понял. Ты мой родной сын! — Даниэль впал в ступор. Он пару раз моргнул, а затем посмотрел на отца, чтобы убедиться, что тот шутит. Однако Бенджамин был серьёзный. Отец никогда не шутил, как себя помнит Дэн.
— Но как? Мой родной отец погиб, когда служил в армии.
— Нет, это был другой мужчина. Мы были тёзками, поэтому перепутали. Твоей маме отправили не то письмо.
— Тогда почему ты не приезжал, раз все знаешь?! — Даниэль с болью в глазах посмотрел на Бенджамина. Он до сих пор помнит, как утешал маму,которая плакала, хоть и старалась этого не делать при сыне. Мальчик, обнимая маму, тоже плакал, осознавая, что никогда не увидит своего отца. Маленький Даниэль представлял его как героя. Отважного и доброго.
— Откладывал. На самом деле я не сразу узнал, что твоя мама умерла. О тебе я тоже не знал. Когда ты попал в аварию, мне сказали, что ты мой сын. Я сначала даже не поверил, но это оказалось правдой. Мне стало известно и о том письме.
— Почему ты мне ничего не сказал сразу?
— Я не хотел тебя ранить. Ты тогда плакал и говорил, что из твоей семьи остался один. Мне не хотелось тебя огорчить, что рядом с тобой был отец, который на самом деле жив и здоров. Ты бы возненавидел меня! — Дэн смотрел на Бенджамина по-новому. Уверенный, строгий мужчина, теперь сидит рядом с ним и признаётся, что скрывал правду. Он говорил тихо, будто боялся реакции Даниэля. Это верно. Дэн сам не знал, как тут отреагировать.
Его детство было беззаботно. С ним были мама, её родители и тётя. Они любили его, как и он их. У них был маленький домик, который находился в малонаселенной деревне. О папе он знал немного.
Мама всегда говорила, что он герой. Дэн его не видел, но верил ей.
Однако потом в жизни мальчика пропала радость. Сначала умерла его мамочка. Она болела туберкулёзом и однажды не проснулась. Затем покинул этот мир дедушка, у которого были проблемы с сердцем. Бабушка тоже ушла вместе с ним через некоторое время. Осталась тётя. Она тоже оставила его. Совсем молодая, только недавно закончила школу. Даниэль не хотел жить. Но всё же смирился и стал жить с этой болью. Он верил, что они на небесах наблюдают за ним и от этого ему становится легче.
Дальше Дэн помнит Бенджамина, который взял его под опеку. Мужчина его тренировал. Много. Но это помогло мальчику стать сильным и выносливым. Потом Даниэль познакомился и с остальными детьми, которых взял к себе отец на попечение. Их он тоже тренировал. Все учились стать бойцами под руководством Гарнера.
Всё так и продолжалось. Пока не умерла Анна. Даниэль впал в депрессию, узнав про её смерть. Он любил этого прекрасного человека с красивыми глазами и добрым сердцем. Она ему чем-то напоминает маму. Такая же нежная. Он помнит, как она вместе с Эваном не сидела на месте и ему приходилось их успокаивать. Как однажды он спас её из капкана, в который она попала на миссии. Дэн чувствовал её непрерывное дыхание и наслаждался этим. Их связывало много моментов, где они были вместе. Никто не знал, что этот замкнутый молчаливый мальчик и яркая девочка сойдутся.
— Прости меня, сынок! Мне очень жаль, что я так со всеми вами поступил. Я лежал и думал о своих поступках. Вам приходилось не раз сталкиваться с моим грубым отношением. Я уже извинился перед Эваном, Анной и Кевином. Они меня простили. Если бы здесь была Хлоя, то я хотел попросить прощения и у неё... — голос Бенджамина был сбивчатый. Он сильно взволнован, хотя это опасно для его состояния. Дэн накрыл свою ладонь на руки отца, давая понять, что не стоит переживать. Всё хорошо. Гарнер, действительно, немного успокоился.
— Я тебя прощаю, — голос Дэна тоже сбился. Он не знал как ему жить с правдой, которую ему сказали. мне не хотелось бы снова терять родных, когда я их обрёл. Давай жить мирно?
— Давай! — улыбнулся Бенджамин.