Юн сидел во главе длинного стола, накрытого перед ним. Он спокойно ел пельмени. Тетя Муи стояла за ним, слезы были в ее глазах.
Все было как за ужином в саду дворца. Киоши тут же захотела спасти заложника, освободить Муи из оков, которыми Юн удерживал ее. Но она не успела, Муи всхлипнула и побежала к ней.
Она врезалась в Киоши и обвила короткими руками ее талию, выше она дотянуться не могла.
— Моя девочка! — она рыдала от радости. — Наконец, моя девочка и мой мальчик дома!
Киоши мрачно смотрела на Юна поверх головы тети Муи. Он смотрел ей в глаза, потягивая чай.
— Этот дом снова будет домом, — Муи всхлипывала, слезы стали мокрым пятном на одеянии Киоши. — Мы уберем в комнатах. Вернутся гости. Вы оба были сердцем этого места. И теперь вы снова вместе. Все будет по-прежнему.
— Да, тетя, — Киоши не сводила взгляда с Юна. Она обняла старушку и похлопала ее по спине. — Все теперь будет хорошо. Я обещаю.
Юн ухмыльнулся. «Врем старикам? Как низко».
— Тетя, — сказал он. — Нужно устроить ужин в честь возвращения Киоши.
— Да! — глаза тети Муи радостно засияли. — Конечно! Мне нужно сделать закупки в городе. Что бы ты хотела поесть, милая?
— Стебельные грибы, — твердо сказала Киоши. Муи обыщет всю Йокою, пока не поймет, что не могла их найти. Это даст Киоши больше времени.
Муи кивнула, не растерявшись. Она поспешила к дверям, замерла на пороге, еще раз улыбнулась своим детям и скрылась в коридоре.
Юн дал тете Муи покинуть поместье, а потом заговорил:
— Ее не будет какое-то время, — сказал он. — И она дала выходной оставшимся слугам. Дом должен быть пустым, — он бросил в рот последний пельмень и опустил палочки, задумчиво жуя. — Если я и скучал по чему-то в этом месте, то это по блюдам тети. И что ты делала последние пару недель? — сказал Юн, доев. — Овладевала состоянием Аватара? Или тайной боевой техникой, которую хотела использовать против меня?
— Я училась исцелению. Наставница говорит, что я учусь быстрее всех, кого она видела.
— Так ты посмотришь мою руку? — он повел плечом, которое ранила Хей-Ран. Наверное, поэтому он не появлялся какое-то время, но плечо уже не беспокоило его. — Ты попытаешься улучшить мое состояние?
Теперь, похоже, они оба были готовы.
— Нет, Юн, — сказала Киоши. — Я тут, чтобы убрать тебя.
Юн прислонился к столу, подпер рукой подбородок, заинтересованный таким поворотом.
— Тебе нельзя показываться на публике, — сказала Киоши. — Зорью смог разобраться с ущербом, который ты нанес стране Огня, но если ты появишься сейчас, страна развалится.
— И? Мне плевать. И хорошо то, что мне это можно. Я привык договариваться, подстраиваться, чтобы люди были счастливы. Но те дни в прошлом. Ты знаешь, что я делал несколько недель, пока рана заживала? Я думал обо всех лжецах и предателях, которых я встретил в четырех странах, которые целовали мне ноги, когда я был Аватаром.
Приятная мысль мелькнула в его голове, и он улыбнулся.
— И я понял, что могу убить их всех, — сказал он. — Это не преувеличение. Если времени будет достаточно, я смогу убить их всех. Я знаю их имена. Знаю, как они связаны. И я знаю, почему они заслужили это.
Киоши надеялась, что уговорит Юна опомниться. Она надеялась, что его гнев утих после того, как он покинул Народ Огня, и он тихо пойдет с ней. Но теперь все было ясно. Гнев Юна не остановится на Цзянжу, Хей-Ран и Лу. В его глазах его подвел весь мир. Он не пытался уравновесить чаши убийствами. Он пытался разбить равновесие.
— Юн, — сказала Киоши. — Ты никуда не пойдешь.
— О? И что ты сделаешь? Отправишь меня в тюрьму в Лаогаи? Запрешь под домом в клетке, как Цзянжу сделал с Сю Пинь Аном?
Так он знал об этом.
— Я не хочу с тобой биться, Киоши, — сказал Юн. — Но ты не оставляешь мне выбора.
Знать правду, что Юном не управлял дух, что это был настоящий он, было больно, как и предупреждал Курук. Говорить с Юном было как вытаскивать занозы. Кусочки плоти отрывались с каждым словом, их нельзя было восстановить. Но это нужно было сделать.
Киоши вытащила веера.
— Я не говорила, что у тебя был выбор.
Он приподнял брови, словно впервые ее увидел. Его подругу будто захватил дух. Юн поднялся со стула и шлепнул по бедрам.
— Хорошо, Киоши. Посмотрим, что получится.
Он тряхнул локтем, как продавец фруктов подбрасывал яблоко, и квадратная каменная колонна пробила пол в столовой, ломая доски. Тяжелый стол упал на бок. Колонна дотянулась до потолка и замерла.
Киоши не дрогнула. Атака была направлена не на нее. Он просто создавал доску для игры, приносил землю, чтобы они могли ее использовать.