Лисица снова не удостоила его ответом. Она вернула свой клинок, не позволив Хранителю даже такой роскоши как затупленное оружие.
— Пошли.
Сложив крюк и спрятав его в сумку, Юзуки проскользнула через окно внутрь, огляделась, извлекла из рукава нож — новый, как и большая часть её обмундирования, идеально сидевшего на её худощавом, жилистом теле. Затем она двинулась, точнее бесшумно потекла, по каменным светлым ступеням вниз, не дожидаясь Хранителя. Он недурно справился с новой для себя задачей, и заработал пару очков уважения в глазах наёмницы — о чём она, конечно же, никогда ему не скажет.
Лестница привела их на балкон с книжными полками, под которым простирался огромный зал в несколько десятков ярусов. Взглянув вниз, Кристофер тихо присвистнул, и его удивление было вполне объяснимо: далеко, на многие этажи вниз открывалась бездна, разбавленная редкими вкраплениями света, а пространство заполняли бесчисленные полки книг, одиночные тома и свитки. Золотистый солнечный свет проникал через небольшие окна и превращал библиотеку в шкатулку с драгоценностями.
— Только не говори, что нам теперь надо вниз!
— А если и так, то что?
— Пришлось бы лезть... — Кристофер пожал плечами, снова окинув взглядом бесконечность под их узким балконом. — Поэтому мне повезло, что нам всего лишь надо спуститься на тот выступ с кафедрой.
Над бездной протянулся, словно вытянутый язык, островок земли из белого камня. На краю стояла кафедра для книг, через которую раньше посетители общались с древней магией библиотеки.
— Только как нам?..
Раньше, чем мысль оформилась в слова, к балкону подлетела лестница, соединив два островка твёрдой земли. Спутники переглянулись и поспешили вниз, скрытые от шального взора магией сумеречного порошка. Обычно им пользовались артисты, чтобы придать эффектности своим выступлениям, но именно поэтому его было легко достать задёшево и действовал достаточно долго, чтобы войти и выйти незамеченными. Однако сердце Юзуки бежало едва ли не быстрее их поспешной поступи, а чутьё советовало оставаться начеку, лишний раз оглядываться и при виде охотников бросаться в бездну. Выжить, упав с такой высоты, всё равно было бы проще, чем после встречи с ними.
Лестница дождалась, когда гости сошли с последней ступени, и отплыла, исчезнув среди полок. Кристофер на миг застыл, всматриваясь в потрясающе прекрасный вид внизу, и пытаясь запечатлеть эту картину в сознании, сберечь все чувства, которые она порождала.
— Что мы ищем?
— Ответы на загадки из пророчества, — Хранитель подошёл к кафедре и извлёк из нагрудного кармана клочок пергамента с грубо оторванной нижней частью. — Или ответы на ту часть, которая уцелела.
— У тебя пятнадцать минут. Может, меньше, — Юзуки мельком взглянула на закорючки и отвернулась, вытянувшись струной. — Дурное предчувствие. Даже в библиотеке не бывает так тихо.
В бескрайность зала мужской голос прозвучал тихо и шершаво:
— Рожденная без вольности голоса Слуга, но обрётшая силу сокрушать волю и разрушать проклятия.
Потекли секунды, быстро превращаясь в минуты. Где-то что-то ухнуло, привлекая внимание. Из-за огромной книжной полки выплыл тонкий томик, плавно опустился на кафедру, раскрылся, и жёлтые страницы замерли на главе про морских существ. Древние, давно вымершие или никогда не существовавшие, они смотрели со своих страниц на читателя и скалились, показывая ряды огромных зубов или шипастые плавники вдоль хребтов, заросшие или сверкающие глазницы. Чёрный текст, неаккуратно выведенный чернилами, расплылся, и смысл многих абзацев потерялся.
— Нашёл?
— Не уверен, — ответил Кристофер, листая книгу. — Юзуки, помнишь, я говорил, что настоящих русалок давно никто не видел? Ты что-то слышала об этом?
Лисица заглянула через плечо в открытую книгу, различив только уродливые картинки.
— Только то, что их уже многие десятки лет никто не видел на суше. Прирождённые русалки или вымерли, или ушли глубоко в океан, решив никогда не возвращаться. Остались только сирены, потому что они больше рыбы, чем сознательные существа, и лоскуты, потому что они…
— Некогда были людьми, — закончил Кристофер и закрыл книгу. — Но как нам найти одну-единственную русалку в этом огромном мире?
— Кристофер.
Хранитель обернулся к ней, когда лисица потянула его за локоть в сторону и жестом приказала молчать, следовать за ней — медленно. В арочном проёме замелькали тени, вытянутые, деформирующиеся в игре танцующего света. Приглушённые шаги, шелест одежды и тихие голоса.