Но, выбравшись из библиотеки, путники ощутили, что удача изменила им, когда они приблизились к окраинам столицы. Если добраться до южных ворот было просто, так как рельеф местности и хаотичная застройка стали им союзниками, то пересечение последнего рубежа стало камнем преткновения.
— Они поставили Заклинателей! — Юзуки выглянула из-за угла дома, в очередной раз обругав ясную погоду. Солнце почти не оставляло им шанса скрыться от чужих глаз даже под покровом сумеречного порошка. В нём был толк только в игре светотени, а не под прямыми солнечными лучами. — Кого ещё мы сегодня встретим? Сначала охотники, потом Заклинатели! Сказочник, мои услуги дорожают с каждым мгновением.
— Золотой дождь из моего кошелька не спасёт нас от их заклинаний.
Хопо был окружен полупрозрачными стенами, сделанными из руды, привезенной с северного континента. В солнечном свете башни и ворота представляли собой зачаровывающее зрелище — громады мерцали, как метель в потоке блестящих снежинок. Широкие ворота были распахнуты, пропуская новых гостей столицы равно как и покидающих город. Двое посланников в алом проверяли документы, сверяли их со своими записями и решали: пропускать элиров или нет. Обычно отказ означал кое-что весьма нехорошее — особенно после событий минувшей ночи.
Желающих покинуть столицу было больше, чем тех, кто стремился попасть за великолепные стены. Добровольно шагнуть в огромную ловушку с чудными домами, волшебными районами и разношерстным населением дураков не находилось. Цепочка существ тянулась вдоль округлой площадки. Несколько зверолюдей мялись в очереди, миловидная девица с опущенными серыми крыльями покачивала головой в такт напеваемой мелодии. Она сидела на козлах катафалка и оглядывала существ впереди, оценивая влияние пекущего солнца на её скорбный груз.
— Используй свой фокус со временем, — потребовала Юзуки.
Кристофер обернулся к ней, не совсем понимая, что его задело больше: слово «фокус» или небрежность, с которой было сказано о даре контролировать время.
— А как насчет твоего фокуса с пламенем?
Он правда это сказал? Глаза Юзуки округлись, будто и она удивилась его фразе, но вопреки ожиданиям, она только отмахнулась.
— Его нельзя призвать осознанно, иначе я уже давно спалила бы всех посланников и все их храмы. А у тебя, Сказочник, какое оправдание быть бесполезным?
— Чтобы остановить чьё-то время, мне нужен физический контакт. Замедлить часы живого существа проще. Для остановки времени неодушевленного предмета, надо учитывать не только особенности материала, но и задействовать окружающую действительность. Это… У меня нет такой власти, — безрадостно поведал Кристофер, чувствуя собственную ущербность. Не так уж много радости в том, чтобы рассказывать наёмнице о своей несостоятельности как Хранителя Времени. — Но даже если у меня чудом и получилось бы, то сил бы хватило на несколько секунд.
— Чудесно, — съязвила лиса.
Другими словами, идей не было. Юзуки судорожно изучала обстановку, их возможности и явно не находила решения. Единственное, что оставалось: залечь на дно и выжидать, когда ситуация в столице изменится, охотники исчезнут, а посланники снова утихнут и затянут свои распевы в храме. Кристофер бы согласился с ней, но он чувствовал, как время высыпается песком сквозь пальцы — чудное сравнение, учитывая циферблат в глазу, — и всё-таки ему надо было как можно быстрее собрать всех богоизбранных героев. События, наконец, должны были сдвинуться с мёртвой точки, чтобы ослеплённые силой люди не сотворили необратимого — не освободили одно из древнейших существ Бездны, зовущегося Богом.
— Можно попробовать через портал…
— Ясновидящая была права, — Юзуки вздохнула. — Раз они у ворот поставили Заклинателей и наложили на них барьер, то портал и подавно охраняется куда сильнее. Он всё-таки связывает столицу с кучей городов на континенте.
Они снова замолчали. Наёмница развязала мешочек с сумеречным порошком и нахмурилась. Осталось немного.
— Ладно, уходим, — сказала она. — Вернёмся на постоялый двор и обождём.
— Секунду. Дай мне секунду.
Юзуки раздраженно цокнула, оперлась плечом о стену дома и махнула пальцами, мол, да пожалуйста, у нас же столько шансов быть пойманными.