— Они не стоят своих денег, но выглядят лучше, чем могли бы. — Парные клинки вернулись за спину в кожаные ножны, купленные чуть ранее у другого, уже менее проворного гоблина, согласившегося сбавить стоимость и продать их за несколько серебряных монет. Тогда лисица решила, что наказала дурака за его глупость, а теперь, когда она отдала последние деньги, её самоуверенности слегка поубавилось. — Они не новые. Выглядят так, словно ими уже рубили чьи-то головы, но не в моём случае жаловаться.
Была причина, по которой Юзуки недолюбливала гоблинов: они не просто драли деньги, так ещё и обманывали своих покупателей, уверяя в подлинности предметов искусства, в чистоте производства и грешили перепродажей уже использованных товаров. Выдавали старьё за новодел. Однако в настоящей кузне за парные мечи пришлось бы отдать в два или в три раза больше. В последнее десятилетие после войны стоимость на оружие увеличилась, потому что Церковь считала возможность обладать им нецелесообразной и опасной. Мало того: для покупки оружия в официальных кузнях нужно было разрешение от местного митрополита, не ниже.
Юзуки выудила из нагрудного кармана кошель и пересчитала медяки. Паршиво. В лучшем случае хватит на кусок чёрствого хлеба, который придётся растянуть до следующего дела.
— Может, не стоило уходить из Цитадели? — со вздохом Юзуки подняла взгляд к далёким кронам деревьев и встрепенулась. На фонарном столбе сидел голубь. Он с интересом склонил голову, взмахнул крыльями и взлетел. — Стой! Дурное создание…
Поймать птицу — что может быть проще?
«Да всё что угодно!» — решила Юзуки, но всё же рванула следом, чуть не сбив с ног случайного эльфа. Он разразился чередой оскорблений, на что Юзуки только мрачно отмахнулась и нырнула в живой поток кривых улочек. Тёмной нитью она мелькала средь существ и зелёных домиков, пока в один момент не упустила голубя на перекрёстке улиц. Оборачиваясь, выискивая его по крышам, фонарям, Юзуки находила только удручающее чувство неудачи. Потеряла разведчика. Это значит, её скоро и здесь найдут — пора уходить.
— Держи её, держи!
Инстинктивно лисица напряглась, почти коснувшись ножа за поясом, но разнёсшийся над перекрестком грохот сообщил ей, что крики связаны с кем-то другим. Скрытые под капюшоном лисьи уши навострились.
— Да чего же вы смотрите? Ловите!
Толпа смешалась, заохала и зашевелилась. Юзуки проскользнула к краю дороги, намереваясь скрыться в тени и сбежать прочь из города от тех, кого приведёт болтливый голубь, но в последний момент её вниманием завладел женский визг.
По склону дороги с соседней улицы неслась телега, набитая бочками и ящиками. Часть поклажи уже рухнула на дорогу, разлетевшись на части, алое содержимое бочек кисло пахнущей жижей расплёскивалось по камням и траве. Грузные низкорослые гномы бежали за товаром, пытаясь ухватиться за оборвавшиеся веревки. Высокая эльфийка средних лет, расталкивая толпу, задела Юзуки плечом и закричала, потому что телега наехала на камень, крепление колеса хрустнуло и повозку повело на мальчишку, который как раз на свою беду выходил из-за угла.
Нечто сдавило в груди — нечто, иногда руководящее её решениями и поступками вопреки логике и здравому смыслу.
Мальчишка не сразу сообразил, что происходит, а когда понял, было уже поздно бежать. Его пятки точно приколотили к месту, руки испуганно закрыли лицо, как если бы он мог так защититься. Из толпы кто-то бросился в его сторону, но тень, отделившаяся от фонарного столба, оказалась быстрее. Прытко, неожиданно она возникла на сцене за секунду до трагедии и оборвала жуткую постановку, утащив ребенка в сторону. Оба рухнули прямиком на деревянные столы и табуретки таверны. Следом оглушающим эхом разнёсся грохот, задрожали даже самые дальние листья на деревьях, и птицы испуганно разлетелись.
Телега разбилась, столкнувшись с каменной стеной дома. Вино потекло по земле, тухлая рыба оказалась на поверку вполне живой и билась в конвульсиях под их смешавшимся ногами. Юзуки чувствовала пульсирующую боль в плече и лопатках, с трудом переводила дыхание, но это почти не имело значения, потому что в её руках дрожал перепуганный мальчик-эльф. Его белая кожа раскраснелась, глаза ошарашенно смотрели на неё, и единственная слезинка очертила контур щеки.