Если у Шныря есть портальный амулет и он без труда ныряет в подпространство, то какая разница где его ждать? Можно ведь не мерзнуть в лесу, а с удобством разместиться в ближайшей гостинице. — размышляла она, шагая в сторону города, — С атушками проблем быть не должно, ведь воровской навык никуда не делся и срезать кошель с пояса зазевавшегося ротозея, для нее не составит труда!
И все же, подходя к воротам, Апатэк немного нервничала. Если на дежурство заступил маг разума, то ей несдобровать!
— Эй, пацан! — окликнул ее воин, когда девушка уже ступила за распахнутые ворота, торопясь миновать опасный участок, — А ну, стой!
Апатэк замерла, втянув голову в плечи и незаметно, исподлобья стала оглядывать ближайшее пространство, прикидывая, куда бежать, если случится беда.
Стражник же, не торопясь, приблизился к ней. Оглядел с головы до ног и задал вопрос, после которого девушка тихонько выдохнула.
— Ты же из леса идешь? Ничего подозрительного не видел?
— Не-а. — помотала головой она.
— Может незнакомого кого? Или необычное, что-то вроде марева? — продолжил допытываться мужчина.
— Портал что ли?
— Ну, да, портал. — взгляд воина вновь стал подозрительным, — А ты откуда знаешь, что такое портал? Видел?
— Нет, что Вы, лэв! Куда мне! Слышал просто, что такие есть у богачей! — Апатэк испугалась.
— А что ты делал в лесу? Ворота открылись недавно, из города ты не выходил, значит ночевал там? Или… Отвечай! — Схватив Апатэк за шкирку, мужчина встряхнул девушку.
— Дяденька, пустите! Что я вам сделал? Да, ночевал в лесу! И замерз как цуцик! Вот, тороплюсь к матушке, домой! — девушка попыталась разжалобить стражника, видя, что и его товарищ направляется к ним, заинтересовавшись разговором.
— Что ты делал в лесу? Говори! — мужчина вновь сильно дернул ее за ворот плаща и Апатэк чуть не впечаталась ему в грудь, в последний момент сумев выставить вперед руки.
— Силки ставил! — испуганно вскрикнула она, — Дома есть нечего, матушка больная! Пусти-ите-е!
И тут со стороны небольшой площади, образованной пересечением нескольких улиц, появился патруль из нескольких человек во главе с офицером магом.
Апатэк похолодела и рванулась в сторону, выворачиваясь из захвата стражника. Не ожидавший от тщедушного пацана такой прыти, мужчина выпустил из рук ткань плаща. Девушка не стала медлить получив свободу, а бросилась со всех ног в узкую улочку, змейкой уходящую вглубь Хамаддора.
— Держи его!
— Хватай!
— Стоять! — понеслось ей вслед и Апатэк поднажала, стараясь увернуться от летящих в спину атакующих заклинаний.
Сколько раз она ныряла в переулки, сколько сменила иллюзий, на бегу накидывая вид то девчонки, то степенной лэвы, то превращаясь в старика, девушка сбилась со счета. Страх поимки гнал ее все вперед и вперед, пока глаза не уперлись в тупик. Апатэк остановилась, тяжело дыша и стараясь унять выпрыгивающее из груди сердце. Наклонилась, упершись руками в колени и на минуту прикрыла глаза. Вроде бы обошлось!
— Вот попала! И Шныря, получается, подставила! — с горечью признала девушка, — И не вернуться теперь к воротам! Наверняка стражники будут бдеть и всех подозрительных останавливать, а могут и мага вызвать!
Немного отдышавшись, она огляделась, чтобы понять в каком из районов Хамаддора оказалась по воле рока. Осознание того, что выпал наихудший из вариантов пришло, когда из подворотни показалась грязная, одноногая фигура в рванье, с нечёсаными, сальными волосами, больше смахивающими на паклю и с беззубым ртом, растянутым в предвкушающую улыбку, — Это кого же к нам занесло? — прошамкало существо, отдаленно напоминающее человека, — Неужто, молоденькое, аппетитное тело! Эй, братва! Сегодня пируем, к нам пожаловал ужин! — облизнулся он, вытаскивая из-за голенища единственного сапога ржавый нож и добавил, — Не бойся, крошка, больно не будет!
Апатэк попятилась, потому что изо всех щелей, что скрывал сумрак трущоб, полезли такие же убогие и страшные мужчины и женщины. Словно крысы, что почуяли кровь, они обступали девушку со всех сторон, пытаясь захватить в кольцо и не дать жертве вырваться. Глаза оборванцев горели алчным, голодным взором и этот взгляд не сулил ей ничего хорошего. А она крутила головой и отступала, пока спиной не уперлась в каменную стену здания. Только сейчас до девушки дошло, что последняя иллюзия старика слетела с нее как шкура змеи при очередной линьке. И она предстала перед нищим отребьем Хамаддора, в своем родном облике. Хуже уже быть не могло и Апатэк приготовилась как можно дороже продать свою жизнь, кусаясь и царапаясь, в то же время отчаянно выискивая возможность для попытки бегства. А нищие не торопились нападать, поняв, что жертва никуда не денется. Они медленно окружали девушку, скаля в зловещей улыбке гнилые зубы.
Натан торопился и поэтому его быстрый шаг напоминал бег. С легкостью перепрыгивая через поваленные деревья, обходя ямы и овраги, он двигался вперед. Благодаря острому зрению зверя, в темноте парень видел так же хорошо, как днем. А звериный нюх помогал избегать встреч с людьми, расположившимися на ночлег на обочине тракта. Их он чуял задолго до того, как сквозь листву деревьев начинали проступать отблески костров. Парень сознательно углублялся в самую чащу, на ходу переваривая все то, о чем поведал ему мантикор. Хотя он и так уже догадывался, что в тот роковой для королевской семьи день, что-то пошло не так. Да, Фарко хотел присвоить дар, но у него не получилось. Боги ли, люди ли, однако кто-то расстроил планы бастарда и дар зверя ускользнул из рук предателя. Кто вмешался? Почему именно Натану и Алисе достался мантикор? Случайно ли?
Парень шагал, в голове ворочались мысли, а внутри набирался сил мантикор и когда самые высокие макушки деревьев слегка посветлели, а по земле зазмеился белесый туман, Натан наткнулся на родник, о котором говорила Апатэк. Устало скинув с плеча ношу он упал на живот и приник губами к прозрачному ключу, бьющему из-под земли около большого валуна. Вволю напившись сладкой студеной воды, умылся, наполнил фляжку и, раскинув руки в стороны растянулся на спине, прикрыв глаза.
— Кор, а, Кор! — позвал он зверя, — что-то мне неспокойно. Как ты себя чувствуешь? Может попробуешь открыть портал к нашей новой знакомой?
— Думаешь так просто определить местонахождение песчинки в огромном океане? А человек таким и является в пространстве… — недовольно пробурчал разбуженный зверь.
— Не нужно философии, друг! Просто скажи, сможешь или нет?
— Зачем она нам? Нужно думать, как быстрее вызволить из беды наших женщин! А она кто тебе? Была и нету, Ёрк с ней! — продолжал уговаривать парня мантикор.
— Я обещал!
— Ну и что? Думаешь она сидит и ждет? Глупости! — пренебрежительно фыркнул зверь, — Девчонки уж давно простыл след!
— И все же! Я обещал! А слово мужчины никогда не должно расходиться с делом! Так меня учила матушка! — упрямо возразил Натан, — Так можешь или нет?
— Могу. — смирился мантикор, — Скажи спасибо, что я у тебя такой предусмотрительный и снял с нее отпечаток ауры! Сразу к девушке переместимся, только я не буду выходить наружу, хорошо? Мало ли где ее Темный носит! От греха подальше! — предупредил он Натана.
— Ладно, сейчас немного отдохнем и отправимся! — пробормотал парень, проваливаясь в сон.
Казалось, только смежил веки, а внутренний голос уже завопил: «Вставай!» и Натан нехотя открыл глаза. Небо над его головой окрасилось в бледный, полинявший цвет, лишь издалека напоминающий легкую голубизну. Такое же блеклое солнце, поднявшись чуть выше самых высоких верхушек деревьев, робко устремляло лучи на остывшую за ночь землю. От легкого ветерка, резвившегося в кронах молодых осин, шелестела пурпурная листва, а на маленьком пятачке, освещенная пугливым лучом дневного светила, между тонкими ветками высокой травы, блестела серебристая нить паутинки. Большой жирный паук, быстро перебирая лапками, сучил новую нить, оплетая и подтягивая к себе, попавшую в ловушку муху. Она отчаянно жужжала и безуспешно пыталась порвать прочную, липкую сеть, но только еще больше запутывалась. Натан некоторое время наблюдал за пауком, а затем порвал паутину резким движением руки, оставив хищника без обеда.