Алиса бросилась к другу, — Ты как?
Тот потряс головой и прислушался к себе, попутно ощупывая тело руками, — Вроде нормально.
— Что это сейчас было? — девочка совершенно ослепла от яркой вспышки и теперь у нее перед глазами плавали разноцветные пятна и еще немного кружилась голова. Ей пришлось с силой зажмурить глаза, чтобы избавиться от неприятных ощущений и какое-то время полагаться лишь на слух.
— Не знаю. Но, что бы это ни было, кажется, оно не причинило вреда. — чтобы успокоить подругу, бодро заключил Натан, беря девочку за руку, — Сама-то как? Все хорошо? Не поранилась?
— Нет, все нормально. — Алиска не хотела расстраивать друга. Доверчиво прижавшись к мальчику и подняв взгляд к его лицу, вдруг воскликнула, подняв палец вверх и тыча им в потолок, — Смотри! Небо!
И правда, задрав голову вверх, Натан обнаружил круглое отверстие, в котором виднелся кусочек рассветного неба с блеклыми звездами.
— Выход! — обрадовался он, — Но просить богиню о помощи, чтобы показала дорожку, по которой мы смогли бы подняться, бесполезно! Она уже ушла на покой. — вздохнул мальчуган, шаря взглядом по стенам и пытаясь обнаружить хоть что-нибудь, напоминающее выступы, ступени или артефакт, отпирающий скрытую дверь. Спустя минуту и так ничего не увидев, он повернулся к подружке, — Ты как себя чувствуешь? Сможешь вырастить лиану? — прикинул он высоту стены, по которой им предстояло взобраться наверх.
— Я попробую. — ответила Алиса, закрывая глаза и сосредотачиваясь на своем даре.
Она еще ни разу не применяла магию без контроля со стороны взрослых. Да, ее обучали, но бережно и дома. Лэва Ливия и ее мама, под покровом ночи, с плотно задернутыми шторами, доставали из тайника очень старую и богато оформленную книгу заклинаний стихийника универсала и заставляли заучивать их наизусть. А после практиковаться, вытаскивая силу по капле. Поэтому Алиса немного нервничала, обращаясь сразу к трем своим стихиям. Земле, чтобы показала нужное семя растения. Воде, чтоб помогла прорастить его и воздуху, чтоб тянул семечко вверх, к свету.
Натан кивнул, принимая ответ и немного отстранился, позволяя девочке без помех творить магию, но готовый в любой момент подхватить подругу на руки и поделиться с ней своим небольшим резервом, надеясь, что его силу организм Алисы не отторгнет.
Поэтому он просто стал терпеливо ждать, собирая в источнике оставшиеся крохи огня, чтобы в нужную минуту прийти на помощь, если что-то пойдет не так. Он волновался, но не показывал виду, наблюдая за серьезной и сосредоточенной подругой.
Прошло достаточно много времени, прежде чем из земли, наконец-то, появился маленький росток и Алиса стала подпитывать и ускорять его развитие, по капле вливая магию. Ровно так, как учили женщины.
Наверх они смогли выбраться лишь тогда, когда кромка неба вовсю полыхала золотом, а над горизонтом гордо пламенел диск поднявшегося солнца и природа уже давно славила утро. У руин замка не было ни души. Не дождавшись наших героев, компания мальчишек во главе с Вардисом, покинула свой сторожевой пост почти сразу, как из развалин раздался девичий вскрик.
Струхнув, что случилась беда, они горохом посыпались из кустов на дорожку перед замком и остановились в нерешительности. Селена ярко освещала всю территорию, но само здание выглядело зловеще, темнея провалами окон и отбрасывая черные тени от обломков и камней, что изобиловали вокруг. Туда идти было боязно, но и оставлять смельчаков в беде было как-то не по-человечески.
Немного постояв и прислушавшись, но не уловив больше ни звука, ватага все же решила оставить все как есть. Раз тихо, значит обошлось или послышалось. Может крик птицы со страху приняли за человеческий… А с Натаном и его подружкой можно ведь встретиться и днем? Когда они вернутся из замка. Хотя, все же бывали случаи, что люди исчезали бесследно… Потому-то и прозвали замок проклятым, что не всем удавалось покорить его и унести оттуда что-либо ценное. Отчего это зависело никто не знал, однако графский сын недолго переживал по этому поводу. Подумаешь! Ну, пропадет из их владений еще парочка бедняков! Ему ли об этом думать? Пусть их родители беспокоятся о своих чадах! И, трусливо поглядывая в сторону заброшенного здания, Вардис с друзьями повернули прочь, унося ноги из внушающего ужас места.
Догадаться, как все это происходило, Натану не составило большого труда. Он знал трусливую душонку графского сына и даже не рассчитывал на его помощь в случае беды. Но сам не собирался последовать примеру компании, хотя ноги уже подкашивались, а руки тряслись как у больного падучей. Подъем оказался тяжелым. Тонкая лиана, выращенная подругой, трещала и норовила оборваться, когда дети, цепляясь за ее ствол, начали свое восхождение. На Алису было больно смотреть. Ее шатало от усталости и потратив почти весь свой магический резерв, девочка засыпала прямо на ходу. Парню пришлось страховать подругу, периодически тормошить, чтобы не дай Ёрк, не разжала кулачки и не сорвалась вниз. Он старался незаметно поделиться с девочкой своей силой, которой у самого тоже остались крошки. И когда их восхождение подошло к концу, Натан вздохнул с облегчением.
— Посиди тут! Я сейчас! — предупредил он Алису, усадив на упавшую колонну около входа.
— Ты куда? — дернулась она следом за ним.
— Я сказал, сиди! — строго сдвинув брови, парень рассердился на подружку, — Хватит с тебя приключений! Еле на ногах держишься! Сиди и даже не думай, чтобы куда-то двигаться! А я быстренько пробегусь по второму этажу, загляну в кабинет, если такой имеется, возьму камень и вернусь! Сейчас светло, мне ничего не угрожает, а спор никуда не делся. Мы ведь не взяли из замка то, за чем пришли сюда и получается, что рисковали своими жизнями зря! Не хочется отдавать желание графинчику. Мало ли что он придумает! — стал объяснять свои намерения подруге Натан, — А если я сейчас вернусь, а потом принесу Вардису безделушку, ему придется отдать тебе артефакт! У тебя появится хорошая защита от любителей поглумиться и кое-кто сначала подумает, прежде чем посмеет обидеть! — закончил он свою эмоциональную речь, зло сверкнув глазами в сторону деревни.
— А если не найдешь, то что просил Вардис? — осторожно спросила Алиса, привалившись спиной к огрызку каменной кладки, — Что будешь делать?
Натан пожал плечами, — Как и говорил, подберу любой осколок, более-менее похожий на кристалл. И пусть докажет, что это не артефакт!
Девочка вздохнула, но соглашаясь, осталась на месте. А пацан быстрым шагом вернулся к развалинами и не заходя внутрь холла, просто вскарабкался по стене на второй этаж. Благо сейчас было светло и стали видны уступы, на которые без опаски можно было упереться ногой. Затем спрыгнул в коридор, бросив быстрый взгляд на подругу из-за обломка стены. Он не хотел, чтобы та видела, как Натан сморщился от боли, которая засела у него в груди подобно занозе и свербила в источнике, лишая парня возможности вздохнуть полной грудью. Она появилась практически сразу вслед за вспышкой света, там, в подземелье. Натан дураком не был и понял, что напоролся на магическую ловушку, однако посмотреть, что она из себя представляет, внизу не было никакой возможности. Еще он хотел понять, что явилось спусковым крючком — удар о пол, отчего разбился артефакт или его кровь, когда он нечаянно порезал ладонь? И чем это ему грозит? Что за проклятие свалилось на его голову? И нужно ли говорить об этом родительнице или он сам сможет разобраться?
К тому же парню не хотелось пугать подругу, поэтому он терпел, надеясь, что ничего страшного не произойдет.
И вот сейчас, спрятавшись за каменной кладкой, Натан первым делом задрал рубаху, оголив живот и грудь, попытавшись рассмотреть последствия магического удара.
Однако, сколько бы мальчишка себя не рассматривал, кроме небольшого покраснения в районе солнечного сплетения, так ничего и не обнаружил. А боль все сильнее скручивала внутренности, разгоняя вскипающую кровь по напряженным сосудам, которые проступали на руках толстыми багровыми нитями, рисуя под кожей странный узор и грозя лопнуть каждую секунду. В груди полыхал костер, лоб мальчугана покрылся холодным потом, отчего Натана резко затошнило, будто он объелся зеленых диких яблок. Он испугался, что сейчас рухнет на пол и останется тут навсегда, поэтому собрав все силы, выпрямился и сделал шаг, направляясь вглубь коридора. Сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. И чем дальше он шагал, тем легче ему становилось. Боль отступала, оставляя после себя лишь небольшую слабость.