— Лэва не будет против, если на некоторое время покинет купель?
— Что? Зачем? — женщина повернула голову к стоящей у края бассейна девушке с маленькой золотой баночкой в руках.
— Мы удалим лишнюю растительность, чтобы кожа лэвы стала похожа на скоудальский атлас! — почтительно поклонилась девушка, открывая фиал с мазью.
— Нет, нет! Ни к чему это! Ничего удалять мне не нужно! — возмутилась Ливия, — И я не собираюсь впечатлять вашего короля и нравиться ему!
— Ну, как же? У нас приказ подготовить Вас к ужину! — растерявшись, пролепетала служанка.
— К ужину! Но не к ночи с королем! — возмущенно сверкнула глазами женщина, скрываясь с головой под водой и тем самым давая понять, что разговор окончен.
— Лэва не понимает! — вмешалась другая служанка, что до этого молча занималась волосами Ливии, — Ужин и есть приглашение в опочивальню к Его Величеству!
Слова девушки заставили Ливию вновь появиться на поверхности. Она не ослышалась?
— То есть? Король Дриав сказал, что я его гостья! Разве с гостями не принято обращаться вежливо, тактично, не компрометируя? — опешив от такого откровения девушки, женщина поднялась во весь рост.
— Гостья. — покладисто согласилась третья, держа наготове теплую простынь, чтобы осушить её тело, как только она покинет бассейн, — Но у Вас нет покровителя и заступника. Вот Его Величество и решил взять эту роль на себя!
Час от часу не легче! Она-то думала, что есть немного времени оглядеться, понять что и как! А тут сразу в постель! Такой расклад женщину совершенно не устраивал.
— М-м-м, а я не могу отказаться от ужина? Сказать, что устала, переволновалась, болит голова? — Ливия с надеждой посмотрела на своих помощниц, ожидающих ее выхода из воды.
— А у Вас, действительно болит голова? — с сомнением глядя на женщину, спросила самая бойкая, та, что собиралась лишить ее растительности.
— Болит! Ой, как болит! Сил нет терпеть! — Ливия наморщила лоб, прикоснувшись к вискам пальцами и закивала головой. Она выбралась из бассейна, чтобы тут же попасть в мягкий плен пушистого полотенца.
— Тогда нужно позвать лекаря! — нахмурившись, повернулась к подругам одна из служанок.
— Мы не можем пустить постороннего мужчину на женскую половину дворца! — возразила ей другая.
— Может доложить Его Величеству? — несмело предложила третья.
Девушки стали спорить между собой, продолжая хлопотать около Ливии. Одна промокала ее тело, другая сушила волосы, третья, подхватив под локоток, повела в сторону спальни.
— Девочки, милые! Не нужно никого звать и никому говорить тоже не надо! Я просто немного отдохну. Переволновалась. — Женщина заискивающе улыбнулась служанкам, — Ведь до ужина еще есть время?
— Меньше часа. — вздохнула та, что подвела ее к кровати, предлагая опуститься на постель, — А нам еще предстоит столько работы! Ваша кожа… — девушка сокрушенно покачала головой из стороны в сторону, — предстоит очень много работы!
— Вот и отлично! — перебила ее Ливия, — Можете быть свободны. Моя кожа мне нравится такой, какая есть! А одеться я смогу и сама.
— Но… — девушки остановились в нерешительности, переглядываясь между собой, однако не смея перечить странной гостье. А женщина опустилась на кровать, единственный предмет интерьера, где можно было принять горизонтальное положение, закрыла глаза и сделала вид, что сил не осталось даже на возражения.
Еще немного потоптавшись на месте и видя, что их присутствие игнорируют, служанкам ничего не оставалось делать, как удалиться.
Но как только за девушками закрылась дверь, Ливия сразу же вскочила с кровати, начав лихорадочно одеваться. Пускай предложенный наряд демонстрировал прелести больше, чем скрывал, это все же было какой-никакой одеждой. Только драгоценный пояс с золотыми монетами она трогать не стала. Во-первых, такое действие было бы расценено как кража. А во-вторых, при каждом движении монеты издавали легкий перезвон, обнаруживая приближение носительницы сего украшения. Так что, отложив пояс в сторону и оглядев себя еще раз, Ливия подхватила тонкую полупрозрачную полосу ткани непонятного назначения и сложив ее в несколько слоев, повязала на бедра вместо дорогого аксессуара. Затем скрутила волосы на затылке в низкий пучок и сколов его серебряным ножом для фруктов, бросилась к окну. Ей ничего другого не пришло в голову, как попробовать удрать именно этим путем. Главное, беспрепятственно покинуть женскую половину и незаметно стащить у зазевавшейся особи женского пола абаю, а уж за территорию замка она сможет выбраться! Так думала женщина, осторожно перелезая через невысокий и узкий подоконник комнаты. Только удрать ей не позволили, потому что как только она оседлала узкую поверхность, готовая соскользнуть вниз, с земли раздался вкрадчивый мужской голос, — Уже уходите? И даже не поужинаете со мной?
Насмешливый тон вопроса, заданный тихим голосом, произвел эффект разорвавшегося фаербола около уха Ливии и она испуганно замерла, свесив ноги и попытавшись удержаться руками за хрупкие решетки. Но сила притяжения земли оказалась сильнее ее сопротивления и женщина через минуту оказалась в крепких мужских объятиях.
— Попалась! — раздался у ее виска горячий шепот с насмешливыми нотками, — Почему-то я нисколько не сомневался, что перед ужином Вы тоже любите променад по саду! Однако спускаться на прогулку таким способом немного рискованно, не находите?
Король продолжал обнимать Ливию, заставляя ее смущенно потупиться. Слов не было. Был стыд, разочарование от неудавшегося побега и волнение от близости мужского тела. Ее ладони покоились на груди Дриава и через слегка подрагивающие пальцы она ощущала тепло королевского тела. Слышала размеренный стук его сердца, в то время, как ее собственное билось о грудную клетку, словно птичка, попавшая в силки.
— Идемте? — мужчина отстранился и протянул Ливии руку, — Я покажу Вам насколько может быть прекрасен сад! Не бойтесь! Обещаю, ничего плохого не случится, если Вы прогуляетесь со мной! Помните, что Вы моя гостья.
И не раздражения, ни злости за явную попытку побега… Мужчина снова выбил Ливию из душевного равновесия своим нестандартным поведением. То что король был в приподнятом и благодушном настроении ни о чем не говорило. Сейчас одаривает милостью, а через минуту может и покарать. Лучше монархам не перечить. И ей пришлось протянуть руку в ответ на предложение и подчиниться.
Они медленно двинулись по дорожке из очень мелких камешков, похожих на разноцветные бусины. Ливии приходилось ступать очень осторожно, слегка подгибая пальчики, потому что об ее обуви никто не побеспокоился. То ли посчитали, что в покоях, утопая в пушистом ворсе ковра туфли и тапочки не нужны, то ли попросту забыли, но женщина осталась босой. Дриав же под ноги не смотрел и бережно держа ее под локоток, не спеша двигался между цветущих и благоухающих кустов. Он молчал о чем-то задумавшись и Ливия не смела разрушить тишину, неслышно ступая рядом. Она изредка бросала взгляд на точеный профиль мужчины, отмечая и глубокую складку, залегшую между черных бровей, и усталые морщинки около глаз, и плотно сомкнутые чувственные губы. Король Земеона устал. Ей ли не знать, насколько трудна ноша власти и тяжела корона правителя! Женщина тихо вздохнула, вновь вспомнив о подруге.
Тем временем Дриав миновал цветущую арку. Все так же держа Ливию за руку, поднялся по широким ступеням и очутился перед ажурной беседкой. Резные колонны из розового мрамора, увитые цветущими растениями, куполообразная крыша, напоминающая кружево мастерицы белошвейки, — беседка напоминала изящную шкатулку в обрамлении драгоценных камней. Спрятанная от постороннего взгляда, нежная, светлая, — она так и манила остановиться на отдых, задержаться внутри, чтобы оценить окружающую красоту дворцового сада.