— Более того, — добавила Касс, наградив лидера Лао Ху суровым взглядом. — …В качестве жеста твоих добрых намерений я бы хотела потребовать немедленного освобождения пяти из этих видящих, а также их возвращения вместе с моими эмиссарами, Кассандрой и Багуэном.
Как я уже говорила прежде, за возвращение всех моих братьев и сестёр ко мне будет предоставлено должное и взаимно обговорённое вознаграждение, и как можно быстрее.
Поскольку ты явно не посчитала наше предыдущее соглашение приемлемым в отношении изначально обговорённого вознаграждения, я бы хотела получить от тебя честный ответ, что потребуется, чтобы завершить этот твой обмен со мной за две недели.
Невыполнение этого по любым причинам, — читала Касс, — приведёт к выводу, что ты желаешь войны со мной, сестра Вой Пай, и с видящими под командованием меня и моего мужа».
Развернув свиток на ладони, Касс бросила на лидера Лао Ху ровный взгляд, все ещё говоря так, будто читает с бумаги.
— Бла-бла, бла-бла… с искренним уважением, целую-обнимаю, Высокочтимый Мост.
Когда лидер Лао Ху слегка улыбнулась, Касс откинулась на спинку деревянного стула, взяла свою чашку чая и медленно отпила глоточек.
— О, и был ещё постскриптум, который она забыла включить, — сказала она, опустив чашку. — Ты бы хотела услышать и его тоже?
Вой Пай остановила пристальный взгляд своих хищных глаз на лице Касс. Похоже, она забыла о Багуэне и Гаренше. Когда Касс просто посмотрела на неё в ответ безо всякого выражения, видящая шире улыбнулась, сделала жест одной рукой и подлила себе чаю.
— Прошу, продолжай же, почётнейший эмиссар Моста.
— Ладно. Там всё примерно так, — сказала Касс, скрестив руки на груди. — Мечу уже лучше. Более того, им обоим лучше. Если ты не сделаешь, как она говорит, то они оба могут запросто решить явиться сюда и подпалить твой «светлый Город» к чертям собачьим.
Темные зрачки Вой Пай сузились, но фарфоровое личико не дрогнуло.
— Меч — её пленник? Ты это признаешь?
— Был её пленником, да.
Видящая уставилась на неё, не моргая.
Касс почти со стопроцентной уверенностью осознала, что женщина читает её свет и, скорее всего, каждое слово в её сознании. Ощутив, как в это время Багуэн поближе подвинулся к ней, она осознала, что он тоже это почувствовал и наверняка пытался закрыть её щитами.
Ей было всё равно. Она знала, что это случится; и Элли тоже.
— Ты веришь в это, — сказала лидер Лао Ху. — Ты веришь, что он придёт сюда.
— Ты права, чёрт подери, верю, — сказала Касс, скрежеща зубами. — И ты, может, забыла… но он уже не единственный телекинетик. Даже если он не придёт, сюда явится Элли. В этом можешь быть уверена. И она будет не одна. Она прекрасно знает, что ты сделала с теми Повстанцами-видящими, и она в ярости. Может, ты не поняла, что они были и её друзьями тоже?
Вой Пай улыбнулась, но Касс видела насторожённость в её глазах, жёсткость, маячившую в жёлтых радужках. После очередной долгой паузы Вой Пай отвела взгляд, мягко щёлкнув языком.
— Но само собой, мы подчинимся её желаниям, — промурлыкала видящая. — Тут и вопроса не стояло. Мы все живём, чтобы служить Мосту.
Повернувшись к двум видящим позади неё, Мэйвену и Юнес, она бегло заговорила с ними на мандаринском. Касс посмотрела на Багуэна, зная, что он поймёт их слова. Когда он бросил на Касс ободряющий взгляд и прикоснулся к её плечу одной ладонью, она немного расслабилась.
Вой Пай перевела взгляд на Касс.
— Этого тоже можете забирать, — сказала она, показывая на Гаренше. — Он мне практически бесполезен, даже как ученик.
Когда Касс улыбнулась Гаренше, он улыбнулся в ответ, растягивая шрам на его лице, поднимавшийся от одного уха к брови. Он отошёл от них, но Касс понимала, что это скорее церемониальное дерьмо, поскольку он стоял в алькове у стены — месте, которое, видимо, отводилось для слуг.
— …Но, конечно же, вы не можете уйти отсюда, — добавила Вой Пай урчащим голосом.
Улыбка соскользнула с лица Касс.
— Что?
— Пока я лично не поговорю с Мостом, — спокойно объяснила Вой Пай на прекси.