Гигант не сдаётся.
— Ты придёшь посмотреть на меня на скачках, Кучта? На этих выходных я буду скакать на своей новой лошади в городских скачках. Уверен, что обойду всех кляч, которых они выставили.
Мальчик ощущает завиток презрения, отвращения, которое она не скрывает в голосе.
— Я скорее вымою весь школьный двор языком, — говорит она ему. — Чем проведу хоть секунду с тобой без пистолета, приставленного к моей голове.
— Это можно организовать, — кричит Стами, пока светловолосый гигант всё ещё переваривает, что она сказала. Другие сидящие за столом смеются.
Однако молчание светловолосого нервирует мальчика.
Поначалу он не хочет смотреть, но когда тишина затягивается, он поворачивает голову.
Это ошибка.
Взгляд тёмных глаз не отрывается от него. Они делаются похожими на уголь, когда он встречается с ним взглядом.
— Ты не сможешь прийти на скачки, Кучта? — говорит он так громко, что многие во дворе поворачиваются, чтобы посмотреть на него. — Наверное, ты занята, да? Слишком занята, трахаясь с нашим заморышем?
Он позволяет молчанию сделаться громким, и другие разговоры во дворе стихают.
Затем он вновь говорит.
— Если ты доступна для этого маленького члена, возможно, я тоже попользуюсь тобой в один из вечеров, Кучта.
— Ты можешь кое-чего лишиться, если попытаешься, — парирует она, но в этот раз её лицо делается ярко-красным. — И хотя это кое-что слишком маленькое, чтобы ты заметил его отсутствие, но при попытке пописать будет больно!
Другие за столом ржут в голос.
Даже Стами тихо фыркает, но прикрывает рот ладонью, когда гигант резко поворачивается и награждает его гневным взглядом. Но Джервикс опять смотрит на девочку, так быстро, что тело мальчика за другим столом напрягается.
Бледная кожа гиганта краснеет и покрывается пятнами от злости, когда он сосредотачивается на ней.
— Ах ты маленькая шлюха… — рычит он.
Он кидается через стол и в два шага оказывается возле неё.
… но мальчик в то же мгновение вскакивает на ноги и встаёт между ними. Джервикс возвышается над ним, и его глаза лишены эмоций, как у куклы.
— С дороги, заморыш.
— Оставь её в покое.
— Я попрошу тебя всего один раз…
— Учителя будут здесь через минуту, — говорит мальчик. — Если они увидят, как ты пристаёшь к девушке, они тебя отстранят. Ты не закончишь школу.
Джервикс смеётся, в глазах виднеется изумление.
— Вы его послушайте! Маленький жополиз не хочет, чтобы у меня были пробелы в образовании…
Мальчик снова начинает говорить, но она прикасается к его плечу.
Он подпрыгивает, но не поворачивает головы и не отводит взгляда от гиганта перед ним.
— Эвальд, не надо, — шепчет она ему на ухо. — Он мне не навредит. Не делай этого.
Смех гиганта делается хриплым.
— Да, ты ей нравишься, заморыш. Ты ей очень нравишься.
— Заткнись, идиот, — говорит Кучта.
— Знаешь, где он так хорошо научился сосать, малышка? — шагнув ближе, Джервикс понижает голос так, что он звучит тише шёпота. Его глаза не отрываются от лица мальчика. — Ты рассказывал ей, заморыш? — спрашивает он, улыбаясь. — Ты рассказывал ей, как тебе нравилось практиковаться перед тем, как ты наконец-то попробовал это с девчонкой…?
Мальчик ощущает её реакцию позади себя ещё до того, как его разум осознает, что сказал гигант. Она сжимает его плечо ладонью, так сильно, что это причиняет боль. Он ощущает её панику, импульс ужаса и отвращения из её света, когда она слышит слова Джервикса.
Кучта не дура. Она не упустила намёк или его смысл.
Тошнота скручивает его нутро вместе с ненавистью, застилающей всё перед глазами.
— Ты рассказывал ей, заморыш? — спрашивает Джервикс всё таким же тихим голосом. В его глазах проступает своеобразное удовлетворение, когда он наблюдает за лицом мальчика. — Или мне рассказать? Мне рассказать, сколько членов побывало у тебя во рту перед тем, как ты попробовал на вкус свою первую киску?
Прежде чем к нему возвращается дар речи, её ярость выплёскивается наружу и поражает даже его самого.
— Ты ублюдок! — выплёвывает она. — Сукин ты сын, трахатель коз!
Мальчик слегка вздрагивает от невольного шока.
Джервикс лишь смеётся.
— Да козы после него стали для нас шагом вперёд, милая моя.
— Ты не достоин прикасаться даже к его ботинкам! Ты полный и безнадёжный ублюдок. Надеюсь, ты сдохнешь, подавившись собственной блевотиной, обоссанный той чёртовой лошадью!