Когда я больше ничего не сказала, он отвернулся. Я наблюдала, как он обдумывает мои слова, прищурившись и пиная ботинком снег. Я ощущала от него импульсы эмоций, но не могла прочесть ничего, кроме злости на меня.
— Это не ради нас, — холодно произнёс он. — Ты пришла сюда, чтобы продать себя. Предать себя мукам. Это унижение — поступать так. Даже для тебя. Ты всё ещё посредница.
— То, что я делаю — вообще-то не твоё дело, Врег.
— Ты убила Меча? — он поднял взгляд, и его чёрные глаза смотрели сурово. — Поэтому ты его не продала? Это наказание за твои преступления против него?
Я издала полный неверия смешок, качая головой.
— Gaos. Да что с вами обоими? Он спросил у меня то же самое про тебя, — когда Врег нахмурился ещё сильнее, я заговорила, не дав ему ответить. — Нет, я не убила его, мать твою. С ним всё в порядке, Врег.
— Где он?
— Ты знаешь, что я не могу сказать тебе это, — нетерпеливо отозвалась я. — Но мне и не нужно. Он довольно скоро будет на свободе. Не сомневаюсь, что ты будешь одним из первых, с кем он свяжется, Врег.
— На свободе? — Врег уставился на меня. — Ты его отпустишь?
— Я приказала отпустить его, да. Он будет свободен через месяц или два. Возможно, раньше. Возможно, позже. Здесь есть некоторый разброс, но это не затянется надолго, обещаю тебе, — вздохнув при виде его скептического взгляда, я потёрла лицо ладонью. — Я позволю ему самому объяснить тебе, что случилось, когда он с тобой встретится. Я пыталась ему помочь. Скорее всего, он опишет это иначе, но я никогда не хотела ему навредить, Врег.
— Только нам, остальным, — прорычал он.
— Очевидно же, да. Я хотела всех вас поработить. И пытать.
— Тогда ты всего лишь дура, — зло сказал он.
Я не ответила. Несколько секунд мы оба просто стояли там, молча.
Затем я сделала вдох и посмотрела на Улая.
— Мы можем доверять Вой Пай? — спросила я. — Она действительно их отпустит, если я заключу с ней эту сделку? Она действительно позволит мне честным образом убедиться, что они уехали?
Улай медленно кивнул, настороженно переводя взгляд между мной и Врегом. Он хмуро и неодобрительно посмотрел на Врега, немного задержавшись, затем взглянул обратно на меня.
— Да, — сказал он. — Она искренна в своей цене. Думаю, она не станет отказываться от твоих условий и рисковать разжиганием войны. Иначе ей придётся убить слишком многих. И она страшится Меча.
— Он не придёт за мной, — сказала я.
Врег издал низкий смешок.
— Ты в этом уверена, Высокочтимый Мост? — нервно спросил Улай.
— Уверена. Он не придёт. Если только кто-то не даст ему причину для этого, — я закусила щёку изнутри. — Так что если её игра сводится к этому, не сработает.
Улай озадаченно посмотрел на меня.
— Её… игра, Высокочтимый Мост?
— Дело всё ещё в нём? В том, чтобы заманить его сюда?
Глаза Улая сделались задумчивыми. Осознав, что он находится в Барьерной конструкции и пытается определить для меня точный ответ, я ничего не говорила.
Через несколько секунд его глаза сфокусировались обратно.
— Нет, — сказал он. — Нет, я так не думаю. Похоже, её внимание полностью сосредоточено на тебе, Высокочтимый Мост. Вообще-то она немного беспокоится, что он может прийти, особенно если она переступит границы с тобой. Судя по всему, она этого не желает. Видимо, она надеется, что контракт будет выполнен до того, как он придёт. Или же, если ты будешь работать на неё в составе её разведчиков, то она сумеет убедить тебя, чтобы ты сказала ему держаться подальше.
Кивнув в манере видящих, я повернулась к Врегу.
— Доволен?
Однако он уставился на меня с новым пониманием в глазах.
— Ты не можешь сказать ему, Врег, — предостерегла я. — Ты не можешь сказать ему, где я.
Несколько секунд он просто смотрел на меня. Затем он фыркнул, а в чёрных глазах проступило неверие.
— Я могу сказать ему всё, что пожелаю… Мост.
Я шагнула ближе к нему, чувствуя, как сжимаю челюсти.
— Нет, — сказала я. — Не можешь. Более того, мне придётся настоять, чтобы ты дал мне клятву на крови, что ты этого не сделаешь… иначе я пойду туда и скажу ей, что ты в сделку не входишь. Чёрт подери, может, я даже вышвырну из условий Джакса и Милу. Ты явно не ценишь свою собственную жизнь, раз тебе хватило тупости попытаться вскарабкаться по этим стенам.
Он уставился на меня с лёгким изумлением в глазах, затем прищурился.