- Леди Еланта, вам не надо с ним разговаривать... Он сейчас в состоянии убить кого угодно... Я его таким злым еще никогда не видел... - в глазах оруженосца отражался неподдельный страх.
- Ступай... И не беспокойся, я сегодня с ним общаться не буду.
- Да, миледи... - юноша ушел.
Как только он закрыл за собой дверь, Еланта сказала подруге:
- Я согласна оставить пса в конюшне, но в прачечную ты не пойдешь. Ты останешься со мной, даже если Михалу придется поднять на меня руку.
Еланта завела пса в один из свободных денников конюшни, опустилась на колени перед животным и погладила его по голове.
- Извини, Черный, но я должна подчиниться приказу брата. Я понимаю, что тебе это не нравится, - сказала она. - Веди себя хорошо, не пугай конюха и лошадей. Они ни в чем не виноваты. Я завтра к тебе приду. Мне, наверно, следовало бы отправить тебя к твоему хозяину, к Мирославу, у него тебе было бы лучше, но погода стоит плохая, ты не сможешь добраться до его замка. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось, а если честно, когда ты рядом, я ощущаю присутствие Мирека. Ты славный пес и все понимаешь. Может, Михал перебесится и разрешит тебе снова жить в замке?
Еланта поцеловала зверя в нос и поднялась.
- Спокойной ночи, - она вышла, закрыв дверь денника.
Черный остался один в темноте конюшни. Девушка ушла, унося с собой свет, тепло ласковых рук, любовь...
Нет, я решительно не согласен находиться здесь, я должен быть рядом с ней, должен чувствовать ее запах, ощущать ее присутствие.
О, Создатель! Я уже думаю, как животное!
Еще я должен что-то предпринять, чтобы защитить ее и Каю. Что ж, Михал, ночь тебя ожидает длинная и, по возможности, бессонная. Уж это я тебе постараюсь устроить. Ты заплатишь за все переживания Еланты, за каждую слезинку Каи...Главное, не увлечься и не перегнуть палку.
Оборотень лег на солому. Отовсюду доносилось фырканье лошадей, встревоженных его присутствием. Вскоре пришел конюх проверить, все ли в порядке. Черный с нетерпением ждал, когда человек уйдет, но тот не спешил отправляться спать. Конюх, честно выполняя свои обязанности, обошел все денники, пообщался с каждой лошадью, заглянул и к псу, пожалел его и лишь после этого ушел.
Кони успокоились. Зверь слушал, как постепенно затихают во дворе звуки и замок медленно погружается в сон. Оборотень вздохнул, поднялся, покрутился на месте, разгреб лапами солому, и, соорудив что-то вроде гнезда, улегся, положив голову на лапы. Закрыл глаза. Попытался заснуть, но мысли о возлюбленной, оставшейся там, в замке, без его защиты, гнали сон. Он не знал, сколько времени пролежал в такой непонятной дреме. Из оцепенения пса вывел наглый мышонок, шустро прошмыгнувший мимо морды и задевший своим тонким хвостиком нос. Черный клацнул зубами, пытаясь поймать нарушителя спокойствия, но юркий нахал мгновенно исчез в соломенной подстилке. Оборотень вскочил на лапы. Уткнулся носом в то место, где пропал серый наглец, и взрыл мордой солому. Затем неожиданно замер. В испуге попятился назад. Наткнувшись на ведро с водой, развернулся и уставился бледно-желтыми глазами на свое отражение.
Оборотень с места перемахнул дверь денника. С другой стороны на утоптанный земляной пол приземлился человек.
Марта права, слишком долго пребывать в облике пса опасно. Я уже веду себя, как животное, думаю, как зверь. Мне трудно контролировать свой гнев. Но это моя вторая сущность... половина меня... Что скажет Еланта, когда узнает, что я не человек. А она узнает. Я сам скажу ей. Но еще рано... Слишком рано... Почему мне так важно знать заранее, как она это воспримет?.. Сможет ли она выполнить мою просьбу? Достаточно ли она сильна духом? Достаточно ли меня любит? Я сомневаюсь в ней? Нет... Я сомневаюсь в себе... Я не уверен, что смогу сдерживать свою злобу, что смогу оставить в живых ее брата... Наверно, во мне больше от животного, чем от человека... Волк-одиночка...
Мирослав, желая проверить истинность своих мыслей, подошел к деннику, в котором стоял серый в яблоках двухлетка. Молодой жеребец, увидев человека, радостно подбежал и потянулся мордой к протянутой ладони. Неожиданно он остановился, втянул ноздрями воздух, резко шарахнулся в сторону, отбежал к противоположной стене, застриг ушами, нервно захрапел.
- Ты прав. Я - не человек, я - опасность, я - смерть, - тихо прошептал оборотень.
Из человеческого горла вырвался душераздирающий волчий вой...
Он гнался за ней по длинному мрачному коридору замка... Догонял... Она была словно окутана золотым сиянием... Она, как спасительный лучик света и тепла в кромешном мраке, манила к себе. Он догнал ее. Развернул лицом к себе. Ее глаза вспыхнули изумрудным огнем. Они зачаровывали. Они поглощали его целиком. Он испугался... Оттолкнул ее от себя. Она вскрикнула, ударившись о стену. Ее спина заскользила по каменной кладке... Он подхватил ее на руки... Прижал к себе... Вдруг ее лицо стало меняться: глаза темнели, яркая зелень медленно сменилась карим цветом, жизнь в них угасла, из края рта потекла тонкая струйка крови. На него смотрело осуждающее лицо девушки из Новополя. Он в ужасе отпустил ее... Она исчезла... Он почувствовал, что его руки покрыты чем-то густым и липким. Он посмотрел на ладони: они были все в крови... Он закричал...