Но лэну Лойену, хвала тэрнэ, они пока не угрожали.
Еще я наглядно убедился, что мое физическое тело, как и в прошлый раз, довольно неплохо поддерживает вертикальное положение. Подлетев ближе, попытался коснуться себя рукой, но пальцы прошли сквозь плечо, как сквозь дым. Хотя, наверное, это нормально?
А вот молнии отреагировали неоднозначно — на попытку до них дотронуться они начали уклоняться, но как только я обратился к ним мысленно, напротив, беспокойно заерзали и начали тыкаться в мои призрачные ладони, словно действительно услышали и были готовы повиноваться даже такому вот неправильному хозяину.
Потом мне захотелось понять, как выглядят и ощущаются на этом плане модуль и Эмма. Зная, что они там есть, я хотел их хотя бы визуализировать, дабы понимать, как это выгладит снаружи. Попробовать позвать. Может, сегодня или тот, или другая все-таки откликнутся. Но, как ни приглядывался, не обнаружил внутри своего физического тела ничего подозрительного. И сколько ни звал, никакого отклика снова не получил. Потом подумал, что надо бы сравнить, как это выглядит, когда Эмма не прячется. Провел еще пару экспериментов. А когда увидел все, что хотел, так же внимательно оглядел себя самого. Ну в смысле призрачного себя, чтобы иметь представление, как выгляжу в своем новом обличье.
Хм. В прошлый раз я не акцентировал на этом внимание, но оказалось, что у меня нет в этом состоянии ни рук, ни ног, ни, наверное, головы. Я ощущал себя совершенно аморфным. То есть не имел какой-то определенной формы. И вообще, мне показалось, что я превратился в то самое полупрозрачное облако, которое видел магическим зрением на месте сознания других людей и которое во многом характеризовало их магические способности.
Говорить в таком состоянии я тоже не мог. А вот мыслить оно совершенно не мешало. Более того — как только я подумал, что хочу выглядеть как обычно, бесформенное облако на месте моего сознания практически мгновенно оформилось в такого же полупрозрачного, но все-таки человека. А когда я повернулся, чтобы спросить лэна Лойена, правильно ли поступаю, тот одобрительно кивнул и для верности поднял вверх большой палец.
Затем он ненадолго отвлекся и, чуть повернув голову, что-то сказал наставнику. По-видимому, лэн Даорн начал задавать вопросы. Но длилось это недолго. Наставник после этого начал водить глазами по сторонам, явно пытаясь меня обнаружить. Но поскольку менталистом он не был, то ему, вероятно, это не удалось, хотя я все равно решил проверить и, подлетев, на всякий случай помахал ладонью у него перед лицом.
«Попробуй себя расщепить», — снова соткалась передо мной огненная надпись — послание от лэна Лойена.
Я, раз уж теперь у меня появилась голова, кивнул, показывая, что все увидел и понял. А затем так же мысленно отдал себе приказ на расщепление.
Хех…
На этот раз мне даже удалось уловить момент, когда и как именно это произошло, а потом я увидел, как мое призрачное тело и правда распадается на множество мелких частиц. При этом сами частицы оказались крошечными, простым глазом одинокую пылинку в огромной комнате и не увидишь. По количеству их было не меньше акриона, поэтому облако из меня снова получилось внушительное. Но тут я неожиданно подумал, что, вполне возможно, могу делать себя любым. И тут же провел эксперимент, выяснив, что действительно — мне доступно делать частицы по размерам и больше… но тогда их количество сокращалось… и поменьше… тогда их число, соответственно, увеличивалось. Из чего следовало заключить, что составляющая меня масса все-таки была постоянной, да еще и конечной, поэтому оперировать ею я мог лишь в определенных пределах.
Желая проверить очередную гипотезу, я снова решил собрать себя воедино, а когда мне это на удивление легко удалось, расщепил себя сначала на двух Адрэа Гурто. Затем каждого раздробил еще дважды, обнаружив, что в принципе число может быть любым. Затем придал образовавшимся облачкам форму человечков, с удивлением выяснив, что им даже лицо можно было приделать. Затем попробовал по очереди их собрать.
Снова расщепил.
И каждого по отдельности, и всех вместе.
Перекинул свое сознание по очереди в одного, второго, третьего… Понял, что могу делать это без последствий и с полным сохранением своего собственного «я». А убедившись, что никаких проблем трансформация призрачного (или астрального?) тела мне не доставляет, снова повернулся к лэну Лойену, который следил за моими действиями с неослабевающим интересом.
«Возвращайся, — написал он, когда я уже начал раздумывать, чего бы мне такого еще попробовать. — Достаточно».