Нет, работать было можно, хотя и с трудом. Некоторое усилие — и струйки песка потекли в моем направлении, собираясь в привычные уже щупальца. И все же это был не мой мир — чужая реальность, живущая по чужим законам… А потом я почувствовал взгляд.
Кто-то искал меня — источник возмущений, вторгшийся в размеренный поток событий. Кто-то, не уступающий по силе Паразиту, столь же отвратительный, но странным образом знакомый. Я завернулся в песчаный кокон, закрылся всеми мыслимыми способами; и хотя полностью стряхнуть поток внимания не удалось, создалось впечатление, что сфокусироваться на мне тварь не может.
Оставив пси-пространство в покое, я переключился на видение будущего и застонал. От ровных четких кинолент остались жалкие обрывки с размытыми кадрами.
На миг меня охватил страх. Ощущение беспомощности было столь ярким, что захотелось бросить все, прыгнуть в катер и завопить в голос, требуя немедленной эвакуации. Потом пришла злость — не спортивная, необходимая для победы над равным противником, а жгучая, мгновенно поглотившая с головой. «Чего боишься? — шепнул внутренний голос. — Этот элианин с трудом смог взять тебя на Эроне! А ведь с ним был взвод бойцов и телепатов. Они готовили операцию. Напали неожиданно. Но даже этого хватило едва- едва! Сейчас другая ситуация. Команда крейсера даже не поняла, что произошло. Никто не знает, что ты уже на борту. Не знают, кто ты. Да и сравнивать Геннадия Павлова времен Эрона с тобою нынешним — глупо: самый совершенный во Вселенной скаф, контроль над пси-полем, способность вызывать тьму, от которой нет защиты… Черт возьми, да ты только что уничтожил облепившего целую планету Паразита! Кого тебе бояться? Кого?!»
Ствол плазмера выписал восьмерку и замер в нейтральной полусредней позиции.
Плевать на взгляд чудовища, плевать на пески. Никто меня не остановит. Итени Рин, я иду.
…Возвращаться в заблокированный коридор не имело смысла. Да и не факт, что защитники не оставили какой-нибудь сюрприз перед тем, как упала аварийная переборка. Черт возьми, тяжело воевать без возможности чтения событий. И как только воины в течение тысячелетий умудрялись?..
Холодный темный силуэт врезается в стену, прокладывая дорогу. Ныряю в нерукотворную арку. Потом в следующую. Не обязательно ломать перегородку, можно вот так, переходя из каюты в каюту, обойти ее стороной.
Третья по счету комната похожа на предыдущие как две капли воды. Пожалуй, хватит: пластину, перекрывшую коридор, я миновал.
Песчаные щупальца пси-зрения с трудом отрываются от иссушенной почвы, исследуют пространство впереди. Никого. Жаль, радиус такого обзора не превышает десятка метров. Поддерживать форму на большем расстоянии не удается: гротескные щупы рассыпаются под тяжестью собственного веса.
Касаюсь сенсора — глухо. Дверь каюты заблокирована. Черное лезвие рассекает намертво сомкнутые створки. Высовываю плазмер в дыру и наугад даю очередь. Тишина. Выглядываю — никого. Сдав без боя очередной редут, защитники отступили. А что им остается? Один раз они попытались стоять до последнего и потеряли сразу четверых. Дальше боевики только отходили, пытаясь поймать меня в наспех выстроенные ловушки и вот так, аварийными перегородками, замедляя продвижение.
Определенный успех тактика приносила. В двух хаотичных перестрелках удалось зацепить только одного защитника и один раз зацепили меня. Правда, лазерный луч броню не пробил.
Интересно, сколько элиан по ту сторону баррикад? Вряд ли на крейсере, бесцельно болтающемся на орбите, держали полный боевой расчет и батальон спецназовцев в придачу. Дежурный состав для посудины такого класса — человек пятнадцать-двадцать. Из них сносных вояк максимум с полдюжины. Плюс парочка со станции: женщину исключим. Четверо, а то и пятеро погибли. Выходит, осталось всего ничего, на одну-единственную попытку. Неудивительно, что враг бежит, бежит, бежит…
Только куда ему бежать? Очевидно, элиане решили, что я стараюсь прорваться в рубку. Учитывая, что моя задача не перехитрить, а стереть врага с лица земли, именно туда мне и нужно прорываться. Встретиться лицом к лицу и покончить с убийцей. Жаль, высадился неудачно. Да еще не сразу это понял. Теперь вот приходится переть через весь корабль в хвостовой отсек, там подниматься наверх и снова пилить через весь корабль уже в кабину пилотов.
Центральный, прямой как стрела коридор раздваивается. Дальше широкий кормовой отсек и служебный лифт — кратчайший путь наверх. Именно этим путем пошла бы группа захвата, и наверняка именно его будут защищать. Вот и славно.
Щупальца по-прежнему не чувствуют врага. Неужели даже не попытаются удержать лифтовую площадку? Линия техноактивности разваливается на серию узких пиков — боевые киберы и наверняка мины. Придется чуть сбавить темп.