Проще говоря, это был довольно-таки большой ёж.
— «Волчья метла»? «Поулэкс»? «Помело на древке»? — задумчиво предполагала эльфка, обнаруживая познания, от которых по коже бежал лёгкий морозец.
Я присмотрелся к ране, и решил блеснуть собственными познаниями.
— Может, обычный обрез? Следов пороха, я так понимаю, нет, но сейчас есть игрушки на сжатом газе. Метров с пяти — чертовски опасное оружие.
— Не думаю, — Торндайк посмотрел на меня с возмущением. — Ты, никак, полагаешь, что я ослеп настолько, что не нашёл бы дроби?
Я хотел было пояснить, что цепной заряд потом можно подтянуть обратно, но воздержался от банальностей. В оружие док разбирался никак не хуже меня, так что…
— Конечно, цепной заряд нестандартной формы… — задумался Торндайк, аккомпанируя моим мыслям. — Возможно, Джек. Я попробую спроектировать форму орудия убийства на компьютере, исходя из анализа повреждений.
— Ещё что-нибудь? — осведомился я.
Доктор широко обвёл рукой прозекторскую.
— Стоун, ко мне в день поступает десять трупов — и все с грифом «для особо важных отделов». Я тебе кто, волшебник?
— Да? Извините, ваше МАГущество, не признал, — пробормотал я, испытывая сильное желание пробежаться до туалета. Блевать на людях неприлично, как меня учили в школе.
— На этом всё, — прервал аудиенцию наш местечковый Аид, — Придётся подождать результатов генетического анализа. Кремний я сейчас отправлю нашим электронщикам, глядишь, смогут что-нибудь рассказать поподробней.
Доктору явно хотелось присовокупить к этому пожелание заглядывать почаще, но, посмотрев на моё лицо, он воздержался. И правильно — в эти минуты мне совершенно не хотелось быть вежливым.
Впрочем, моему желанию быстро покинуть Чертоги Смерти не удалось сбыться. Едва я сделал шаг по направлению к двери, в неё шустро ворвалось несколько человек.
— А вот и жандармерия, — буркнул за моей спиной Торндайк.
Угольно-чёрные мундиры с едва заметной синевой, серебро «крестов и черепов» на фоне каёмки геральдического щита — долбанное Управление по делам бывших военнослужащих, силы порядка военлордов собственной персоной.
Собственно, это — «как бы» военная контрразведка. Но спутать эти два ведомства легко. Всех отличий — та самая синева и контур щита вокруг оскаленного черепа. Официально жандармерия — это просто военная полиция по делам генемодов в отставке. Причина чертовски проста и логична — даже за списанным танком вы будете приглядывать, а генетические изменения тела — это не пушка, которую из танка можно вырезать. Ну а поскольку поголовье военно-учётных генемодов — миллионов десять, то, сами понимаете, это довольно заметный круг лиц. К тому же — полноценных избирателей. Всё как две тысячи лет назад в местечке под названием Спарта. Кто воюет — тот и голосует по вопросам внешней политики.
На деле, конечно, они ещё и полиция политическая — раз уж контролируешь жизнь и быт отставных военных, то так соблазнительно проконтролировать и их политические взгляды… Поэтому многие генемоды на военной службе в отставку так и не выходят — под мундиром и то дышать свободней, чем на такой «гражданке».
— Полковник Джейкоб Ван Даглер, — откозырял от двери натянутый как струна «упырь» викинговатой внешности, чётко маршируя в нашу сторону. Движения блондинистой зверюги были настолько отточены, что полковник, казалось, намерен пройти прямо сквозь доктора Торндайка, находящуюся за ним стену и лишь потом соизволить развернуться. Но нет — замер в паре футов от каталки, посмотрел в лицо «призрака», потом перевёл взгляд на дока. Я так и слышал, как у него под черепом работает — щёлк! щёлк! — режим опознания.
На эльфке его взгляд остановился чуть дольше — и, хотя мне могло и показаться, на Айви он посмотрел весьма неодобрительно. То ли не любил эльфов, числя их по тому же ведомству, что и хиппи, то ли, так же как и я сложил два и два: рану от холодного оружия и человека, это оружие носившего.
Потом два пронзительно-синих глаза уперлись взглядом в мою персону. Я тут же предусмотрительно отвёл глаза, скрестил руки и ноги, приняв вид школьницы, получившей непристойное предложение от одноклассника — не надо пробовать на мне свои нейролингвистические штучки, господин военлорд! — и уделил толику внимания четвёрке прочих «упырей», которые профессионально разбрелись по моргу, разобрав сектора обстрела.
Тёртые ребята — судя по быстрым и точным движениям «разогнанной» генетическими изменениями мускулатуры и сущие дети — если ориентироваться на мальчишеские лица. Но я не обманывался насчёт возраста — что-что, а уж вечную молодость военлордам предоставляют задаром.