Пока Лыков оглядывался по сторонам, Стас отпер высокий трехстворчатый шкаф, загромождавший полстены справа от двери. Все полки в нем, кроме трех нижних, были плотно заставлены найденными в раскопе артефактами, снабженными аккуратными табличками с указанием даты, квадрата поиска и прочих необходимых сведений. Сергей начал осмотр с верхних полок, для чего ему пришлось забраться на стул.
Игорь скептически хмыкнул:
– Зачем ты туда полез? Вон шкатулка-то, ниже.
– Да-да, сейчас, – рассеянно ответил Лыков. – Для порядка надо и здесь посмотреть, мало ли…
Через минуту он спрыгнул на пол и, присев на корточки, прошелся лупой по пустым полкам.
– Что ты там ищешь? – с любопытством спросил Марков, наклоняясь к нему. – Думаешь, вор что-нибудь оставил для нашего удобства?
– А ты напрасно иронизируешь – случается, и оставляют. Ну, показывайте вашу шкатулку с секретом.
Воронцов снял с полки, расположенной на уровне его макушки, маленькую шкатулку с прикрепленной к одной из ее ножек этикеткой, поставил изящную вещицу на стол и осторожно поднял крышку.
– Предоставляю вам возможность убедиться, что в ней ничего нет.
Лыков взял шкатулку в руки и заглянул внутрь – там действительно было пусто, лишь кое-где по металлическому дну катались разноцветные песчинки, свидетельствующие о том, что здесь находились кусочки известняка. Он слегка наклонил серебряную коробочку, намереваясь поставить обратно, и в этот момент у него перед глазами что-то блеснуло. Сергей замер – тот же блеск он заметил несколько минут назад на самой верхней из пустых полок.
«Что бы это могло быть?» – подумал историк, осторожно наклоняя шкатулку под другим углом.
В глазах снова мелькнул тот же странный блеск. Мелькнул и исчез.
– Э-э, есть чистый лист бумаги? – спросил он.
– Конечно, – ответил профессор, с удивлением наблюдавший за манипуляциями Лыкова.
Он кивнул Маркову, и тот, открыв ящик письменного стола, на котором стоял компьютер, протянул приятелю писчий лист.
– Ты что-то нашел? – сгорая от любопытства, спросил он.
– Погоди – положи на стол, – Сергей решительно перевернул шкатулку над бумагой, и вниз с легким шелестом посыпались песчинки. Наклонившись к самому столу, он стал разглядывать их в лупу.
– Ты прямо как Шерлок Холмс, – съязвил Игорь. – Ну что там? Расскажи, нам же интересно.
– Я и сам не знаю, – медленно ответил Лыков, разгибаясь.
Он бережно завернул песчинки в бумагу и сунул пакет в карман:
– Надо подумать.
– А пока?
– А пока пойдем дальше. Где мы еще не были?
– В лаборатории. Хотя не знаю, надо ли вам?.. – Воронцов заколебался. – Ведь оттуда ничего не украли.
– Все равно посмотрим, – решительно заявил Сергей.
Они вышли из салона и направились в конец коридора к крайней двери по левую сторону, которую Воронцов отпер своим ключом.
– Вот наша полевая лаборатория, – он сделал приглашающий жест.
– Вы всегда ее запираете? – поинтересовался историк, переступая порог длинной сумрачной комнаты и морщась от ударившего в нос острого запаха ацетона.
– Естественно, здесь же полно ядовитых субстанций, – ответил профессор. – Мы используем метиловый спирт, ацетон, шеллак, акриловые смолы, нитроцеллюлозу.
– Да, набор что надо, – Лыков обвел глазами высокие почти доходящие до потолка стеллажи, беспорядочно, как ему показалось, заваленные и заставленные всякой всячиной.
На полках вперемешку лежали коробки с пластилином, пластмассовые мешки с гипсом, емкости с латексом и полиформом, стояли темные стеклянные бутыли с кислотами и щелочами, хлопковые мочалки и упаковки ваты соседствовали с картонными и пластиковыми контейнерами разных размеров.
– Возьмем, например, серную кислоту, – тем временем увлеченно продолжал Воронцов. – Она применяется для очистки серебряных монет. Со временем на их поверхности накапливаются окислы и соли других металлов, в основном медных соединений, которые легко узнаются по зеленому цвету. Чтобы их удалить, надо положить монету в стеклянный сосуд или фарфоровую выпаривательную чашку и залить пятипроцентным раствором серной кислоты. Хотя годится и раствор муравьиной кислоты.
В этот момент Сергей, внимание которого привлекла скромно притулившаяся в углу большая пузатая банка с надписью «Оливковое масло», удивленно произнес: