– Вот странно – почему здесь масло? Ему, по-моему, место на кухне.
– Здесь ему тоже место, – вклинился Марков. – Пьер успешно отмачивает в нем сильно загрязненные, позеленевшие или покрытые ржавчиной медные монеты.
– Ах вот как! Ну а… – Лыков вдруг громко чихнул. – Извините. Я хотел спросить, для чего вы применяете ацетон? Мой нос недвусмысленно заявляет, что он у вас очень популярен.
Археологи дружно рассмеялись, и Стас снисходительно пояснил:
– После очистки монеты нужно обязательно тщательно промыть в нескольких сменах кипящей дистиллированной воды, а потом просушить – сначала в ацетоне, затем в спирте. Вообще-то у нас есть для этого специальный сушильный шкаф, но у Пьера привычка делать именно так.
– Я вижу, у Пьера есть еще одна привычка – довольно опасная – хранить чай среди ядовитых химикалий, – заметил Сергей, кивком указывая на полку, где между склянками с аммонием и бензотриазолом красовалась красная жестяная банка с надписью «Lipton».
– Где? – профессор резко обернулся. – Я не замечал. О, действительно. Что за безалаберность! Сегодня же вечером сделаю ему внушение.
– Сегодня вряд ли получится, – вмешался Игорь. – У нас же вечером встреча почетных гостей и торжественный ужин.
– Ах да, – Стас с досадой хлопнул себя по лбу. – Совсем забыл предупредить вас. Сегодня приезжают мои коллеги из Главного управления древностей и наследия Ирака – известные археологи Иссе Халмани и Амир Кассим. Мы познакомились очень давно, когда я работал в Ираке.
– Так значит вы участвовали в той знаменитой иракской экспедиции? – с уважением спросил Лыков.
– Да, советские археологи почти шестнадцать сезонов проводили полевые изыскания на северо-западе страны в Синджарской долине. Меня включили в члены экспедиции с семьдесят пятого года. Мне тогда было чуть больше двадцати. И я оставался до самого окончания работ в восемьдесят пятом.
– Расскажете как-нибудь?
– Охотно.
– Но сейчас приезд иракских коллег не совсем кстати, не так ли Стас? – вернул их к теме разговора Марков.
Профессор болезненно сморщился:
– Увы, ты прав. Настроение, конечно, не для приема гостей. Но что делать? Эта встреча было запланирована еще летом, когда я встретился с ними в Москве на археологическом конгрессе.
– И какова цель их приезда? – поинтересовался Сергей.
– Они направляются к египетским коллегам, которые ведут раскопки на западном берегу Нила под Луксором, – там недавно был обнаружен так называемый «Золотой город». Вот заодно решили заехать к нам, посмотреть, как идет работа, поделиться опытом. Они должны прибыть сюда часам к двум, я их встречу и привезу на раскоп. А вечером – все приглашаются на дружеский ужин в ресторан «Сэндстоун». Это недалеко от входа в Петру, – Воронцов помолчал, затем вопросительно взглянул на Сергея. – Ну как? Будете еще что-нибудь осматривать?
Историк нерешительно повел плечами:
– Думаю, на сегодня достаточно. Наверное, нам с Игорем лучше отправиться на раскоп. Теперь я хотел бы поговорить с участниками экспедиции.
Профессор понимающе кивнул:
– Халим отвезет вас. А мы с гостями подъедем часам к трем.
Едва приятели, расставшись со Стасом, направились к повозке, Марков нетерпеливо спросил:
– Ну? Что скажешь?
Задумавшийся Сергей ответил не сразу:
– Что? О чем ты?
– Как о чем? Ты сделал какие-нибудь выводы из увиденного?
Историк вздохнул:
– Игорь, ты похож на капризного ребенка, который с нетерпением ждет, когда фокусник вытащит кролика из шляпы. Я пока собираю факты, только и всего. О выводах говорить еще очень рано.
– Но что-нибудь важное ты заметил?
– Кое-что я заметил, – Лыков помолчал. – Но, насколько это важно, я не знаю. Да и вообще…
– Что?
– Ничего. Не торопи меня. Сначала я должен поговорить со всеми.
Прибыв на раскоп, Сергей сразу же приступил к осуществлению своего намерения. Он начал с первого, кто ему встретился, – им оказался доктор Эдуард Бусыгин, выполнявший, пока его профессиональные услуги не требовались, работу археолога. Он сидел на складном стульчике перед входом в пещеру, широкой кистью осторожно расчищая поверхность керамической плитки. Историк мысленно поздравил себя с удачным началом – доктор нравился ему своей сдержанностью.
«Именно такой человек – наблюдательный и серьезный – может дать ценную информацию», – подумал он.
Однако разговорить Бусыгина оказалось непростой задачей. На просьбу Сергея рассказать о предшествовавшем краже дне он лишь удивленно поднял брови.
– Зачем? – после довольно продолжительного молчания наконец спросил он.