По тому, как он смотрел на Мальвину, я понял, что пред нами поклонник крупных женщин.
— Может быть, рюмку коньяку? — предложил он.
— Охотно, — ответил я.
Слово «красавица» (так я перевел «beaute») оказало на Мальвину столь магическое впечатление, что она, отнюдь не поклонница времяпровождения в барах, промурлыкала:
— С удовольствием.
Поболтав в баре с полчаса, вежливо поругав французское правительство, мы разошлись.
В три часа ночи нас разбудил телефонный звонок.
— Вы не спите? — вежливо спросил Миша. — Приезжайте завтра в то же время на то же место. Я нашел ваш банк.
Снова замечательная рыба omble на пароходе и снова Миша на скамейке. Только теперь Миша ликующий.
— Вам повезло, что вы попали на бывшего преподавателя марксистской философии. Я все время думал, что может означать тире перед Энгельсом. Это и тире, и минус. Но это еще и антитеза, то есть противоположность, или, говоря научным языком, противопоставление контрастных понятий. То есть это не Маркс и Фейербах. Это кто-то из противоположного лагеря. Это должен быть «анти-Энгельс». Расшифровка минуса — «анти-Энгельс». Молодая дама, конечно, не изучала диалектический материализм… Кстати, очень напрасно. Это наука, отменить которую невозможно. Другое дело, что ее в наших вузах заставляли изучать насильно. Но если вас вынудят учить наизусть Пушкина, разве Пушкин… Впрочем, я увлекся. Итак. Молодая дама, конечно, не изучала диалектический материализм, но вы должны помнить работу Энгельса, которая называется анти… анти кто?
— Анти-Дюринг, — это я еще помнил.
— Вот и прекрасно. Так «анти-Энгельс» и означает Дюринг. Тем более, что банк Дюринга имеется. И недалеко отсюда. В Виве. Вам известен этот город. Его знают теперь все. Там жил и умер Чаплин. Вы знаете, я не могу понять, почему Чаплина считают великим актером. По-моему, все его искусство — кривлянье. В Советском Союзе актеры были лучше. Я не буду перечислять, вы знаете не хуже меня.
— Что это за банк?
— Не банк, а так…Там нет миллионов. Это вроде камеры хранения, но за большие деньги. Очень большие… Кстати, вам привет от старины Платини.
«Ну, это он набивает себе цену, — подумал я. — За это время он не мог связаться с заключенным в миланской тюрьме».
— Особо он просил передать привет Элизе, — продолжал Миша, — уж не Дулитл, случаем? И просил ее навещать его почаще. Он даже согласен, если она еще раз влепит ему пощечину. — Он засмеялся.
«Не врет, — отметил я про себя. — Информация у них налажена. Может быть, оно и к лучшему. Иначе он бы нам не помогал».
— Вы знаете этот банк? — спросил я.
— Что значит «знаю»? Если меня спросят, куда положить деньги, я не дам адреса этого банка. Если меня спросят, где оставить компрометирующее письмо… я тоже дам другой адрес. Кстати, об адресе. Это в одном квартале от рынка. Одно это говорит о банке. Улица Мадлен. Дом… сами найдете. Будете в Виве… к слову, в Виве — тоже стоянка вашего парохода. Как название парохода? «La Suisse»?
— «La Suisse».
— О! Это история. Вы уже пробовали рыбу в ресторане?
Ответила Мальвина:
— Да! Она замечательна.
— Она действительно замечательна. Это говорю вам я, одессит. А в Одессе в рыбах разбираются. Когда будете в Виве, не ходите в музей Чаплина, потеряете время. Лучше погуляйте по арабскому парку. Вот и все. Мне жалко с вами расставаться. И что вам сказать на прощание? Хотя почему на прощание? Вам может еще понадобиться старина Таль. Давайте договоримся. Если вы найдете кучу денег — вы на это надеетесь и я вам этого желаю — я вам подскажу, куда их положить. Если вы найдете немного денег, я вам подскажу, как их истратить. Если вы ничего не найдете, приходите вечером ко мне в ресторан, я вас угощу замечательным коктейлем.
— Мы должны были ему что-то заплатить? — спросила Мальвина в троллейбусе.
— У итальянских мафиози это не принято. Услуги друзьям оказываются бесплатно.
Банк мы нашли сразу. Вестибюль с двумя автоматами для получения денег по кредитным карточкам, несколько окошек.
— Нам нужно поговорить с менеджером.
Вежливый клерк в старомодном пенсне, каких я не видел уже лет двадцать, проводил нас в комнату, уставленную огромными шкафами с фолиантами внушительных размеров.
Менеджер, высокий крепкий мужчина в безупречном синем костюме, сидел за столом.
— Чем могу быть полезен?
— Мы хотели бы познакомиться с кофром 18701879.
— Соблаговолите написать номер на бумаге.
Он протянул сиреневый бланк.