Оксана хотела как-то отблагодарить, но Епифидор на отрез отказался. Даже чаю не выпили, потому что Епифидор счёл нужным помочь бабуле подмести пол.
Они шли по заснеженной улице. Снег и не думал останавливаться. Хлопьями бил по крышам, окнам и головам.
– Чаю, могли бы и выпить, – поморщился Павел.
– Могли конечно и выпить, но я боюсь, что наш пленник слишком прыткий. Нужно его в клетку забросить.
– А подметали тогда зачем?
– Ну либо чай от людей, которым мы дыру в полу оставили, либо бабуле помочь.
– Это не мы, а чудовище это дыру выгрызло.
– Какая разница, кто пробил дыру? Это мы пришли за ним, это мы навязали свою помощь. Значит весомая часть вины на нас.
Павел остановился. Он возмущённо уставился на старого чёрта. Снег по-прежнему обсыпал всё вокруг.
– Ну чего ты? – спросил Епифидор не оборачиваясь.
– Так мы же им помогли. Демона из девочки достали, чёрта из дома вытащили! Ещё и виноваты?
Епифидор тяжело вздохнул:
– Чёрт прятался и ближайшие несколько лет никому бы зла не причинил. Мы собирались выманить его. Вытравить, чтобы он выскочил на улицу. Не думал я, что благовония его так раздраконят и он кинется в драку. Я был уверен, что он покинет дом и схватим на улице. Демон хоть и подталкивал девочку на грех, не он источник зла в её душе. Ты лишь избавил девочку от паразита. Стерва будет та ещё – капризная. А стервозность, как ты знаешь, не смертельна. Поэтому мы виноваты, друг мой! Поэтому завтра все церковные дела на тебе, а я пойду дыру латать.
Павел недовольно фыркнул и пошёл дальше.
– Далеко идти, давай такси вызовем?
Епифидор остановился и задумался:
– Ты прав, снег мешает. Ноги по колено вязнут. Ладно я, а ты заболеть можешь. Вызывай.
Павел достал телефон и вызвал такси через приложение.
– Почему они прячутся? – поинтересовался Павел.
– Кто?
– Черти, кто ещё!
– Ааа... Черти...
– Да, ты сказал, что чёрт прятался. И другие, которых мы ловили, тоже прятались.
Епифидор поморщился. Он понял, что не аккуратно брошенная фраза не оставит его спутника в покое. Старый чёрт не любил рассказывать о своей природе, потому что никто из живущих в этом мире не в силах его понять.
– Понимаешь, Паш. Когда чёрт попадает в наш мир он дезориентирован.
– Почему?
– Зрение, Паш, зрение. Ты же заметил, что их глаза отличаются от моих?
– Да, но всё равно похожи.
Епифидор мотнул головой и скривился. Он морщился, когда чувствовал, что его не понимают.
– Ты пойми, мы другие. Мы отличаемся от людей. Наши тела ни схожи ни в чём!
– Почему?
– Потому что мы из другого мира. У нас другая среда обитания. В адской пропасти нет света. Мы обитаем в кромешной тьме и наше зрение заточено на тьму.
– Попадая на свет, вы ничего не видите?
– Да, совершенно ничего, как вы в темноте. Считай, что мы их ловим, пока они ещё слепые. Поэтому мы ловим их сейчас. Потом они станут непобедимы. Даже маленькие, размером с кошку. Ты же знаешь, что мы, гораздо крепче и сильней людей, что наша шкура непробиваемая?
– Так, а вот тут по подробней, что значит «пока они слепые»? Сколько нужно времени на адаптацию?
– У меня на это ушла тысяча лет, чтобы эволюционировать.
– Эволюционировать?
– Да, я же говорил, что наша природа отличается. Мы эволюционируем постоянно.
– Это как?
Епифидор вздохнул. «Всё равно он узнает, когда помрёт» – подумал чёрт.
– Попадает душа в Пекло. Попадает на верхний слой. Душа сначала похожа, как бы сказать, на мозг. Отрицательные души не способны существовать в мире и покое. И начинают объединяться с другими. Ну или жрать, называй как хочешь.
– Душу можно съесть? А как же вечность?
– Вечность у души никто не отнимает. Она продолжает жить в составе того, кто её поглотил. Она тоже влияет на готовое сознание.
– Фу, – Павлу стало жутко.
– Потом объединившись в несколько душ, они становятся демонами. Злыми сущностями. Кстати, пока ты демон, проще всего сбежать из пекла. Точней, ещё возможно.
– Почему?