— Следите за своими мыслями, они могут стать словами.
— Вы читаете мои мысли? — немного раздраженно спросила я.
— Они написаны на Вашем прекрасном лице.
Как бы мне хотелось прямо сейчас запустить в него каким-нибудь мерзким заклинанием! Но это наверняка пагубно отразится на моих далеко идущих планах: такого поведения эльф мне не простит никогда, и я рискую прямо сейчас стать живым доказательством того, что может сделать один очень-очень злой остроухий с непослушной студенткой. Нет уж, такого удовольствия я ему не доставлю!
Я плюхнулась за последнюю парту и со скучающим видом стала рассматривать остальных учеников. Разглагольствования эльфа на тему "тонких материй" действовали настолько усыпляющее, что уже через несколько минут я перестала воспринимать какую бы то ни было информацию.
— Милана! — я подскочила на своем месте, едва не смахнув листы пергамента со стола. — Повторите мои последние слова, — надо мной застыл остроухий с угрожающим выражением лица.
— Вы говорили о том, что… — я запнулась. — … О тонкой материи другого измерения…
— Об этом я говорил двадцать минут назад, — ласково поправил эльф. — Раз Вы считаете, что можете спать на моих занятиях, то будьте добры, покажите нам, что вы умеете.
"Ой, не нравится мне это" — мелькнуло в голове.
— Прошу Вас, не стесняйтесь! — Орландо сел на соседний стол и жестом пригласил меня на преподавательское место. — Материализуйте нам…Даже не знаю… - он притворно поднял глаза к потолку. — Что-нибудь простенькое… Например, вазу для цветов.
"Упс…"
— Конечно, Магистр, — я послушно закрыла глаза. Никогда прежде я не пыталась сделать что-нибудь самостоятельно. И, если честно, то единственный раз, когда я занималась образностью был тот раз, когда мы с Орландо явно перепили.
Я знала, что теоретически могу материализовать вазу, моей силы для этого хватит сполна. Вопрос скорее в том, что я совершенно не помнила что и как делать.
Чья-то теплая рука опустилась мне на плечо. И практически в тот же миг перед моим внутренним зрением все окрасилось в причудливые цвета, перетекающие из одних оттенков в другие.
— Помнишь, как я тебя учил? — тихий голос у самого моего уха.
Кончики пальцев наполнились мягкой пульсирующей энергией. Удерживая приятное ощущение покалывания в ладонях, я старательно начала представлять себе вазу. Неторопливо, каждый штрих, каждый изгиб, я вела свою мысль, придавая энергии зримые очертания. Каждый миллиметр, каждую частичку я представляла с особой тщательностью, совершенно забыв о времени. И чем больше меня захватывал этот процесс, тем более ярко я начинала воспринимать окружающее меня пространство. Это было похоже на то, что когда-то показывал мне Эрэн, но только на этот раз я понимала, что делала, и знала, как управлять этой силой.
— Милана.
Я осторожно открыла глаза и встретилась с улыбающимся взглядом ярко-голубых глаз.
— У тебя получилось, — он осторожно убрал руку с моего плеча.
На столе стояла изящная ваза с узорным рисунком сбоку.
***
Домой я вернулась уже после захода солнца, и сразу же ушла в свою комнату. Распахнув окно, я села на подоконник и погрузилась в свои мысли. После уроков Сиана, мне всегда становилось немного легче. И сейчас, глядя сквозь сгущающиеся сумерки на видневшиеся вдалеке горы, мне казалось, что все не так и плохо. Даже терзающие мои душу воспоминания о Навиэле на мгновение отступили на задний план.
"Нужно уметь отпускать прошлое, позволять ему просачиваться сквозь настоящее, оставляя лишь тепло и любовь в душе. И ни в коем случае не жалеть ни о чем" — говорил мой Наставник. Он повторял это каждый раз, когда я заводила разговор о своих родителях.
Он никогда не рассказывал мне о том, кто они были. "Ты хочешь жить прошлым!" — таков был его приговор.
Единственное, что у меня было — это воспоминание, легкое как весенний ветер и такое же неуловимое. Всякая попытка с моей стороны придать ему более конкретные очертания, приводила лишь к тому, что я впадала в депрессию.
"Ты не можешь этого помнить: тебе не было и года. Но родители тебе оставили нечто намного более важное: свою любовь. Именно ее ты чувствуешь, когда думаешь о них".
Я не понимала, как такое может быть…
"Просто прими это".
На ночном небе зажглись новые звезды, такие яркие и такие холодные. Они всегда напоминали мне о Навиэле и том времени, которое мне не суждено вернуть. Но только после занятий Сиана мне не было больно думать об этом. И тогда я начинала верить…