Я ставила ментальные блоки, но эльф легко их обходил, и с каждой секундой я чувствовала, что борьба становится все более неравной. Он намного опытнее, и все мои уловки для него словно детская забава. Каждый его шаг я чувствовала как удар ножа по сердцу. Я совершенно потеряла чувство времени, и не знала, сколько продолжалась эта борьба: час, два или целую вечность…
— Прекрати, ты делаешь себе хуже… — услышала я его голос.
Нет, остроухий, не сегодня! И я прибегла к последнему средству, которое знала. Никогда прежде я не использовала его, но очень надеялась, что оно, если и не поможет, то хотя бы отсрочит неизбежное…
Первое, что я услышала, была тихая ругать Орландо.
Я медленно открыла глаза, но, почувствовав острую боль, тут же их закрыла.
— Ты совсем с ума сошла?! — эльф несильно тряхнул меня за плечи. — Ты вообще понимаешь, что ты только что сделала?! Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!
Я вновь приоткрыла глаза и с трудом сфокусировала взгляд на разгневанном лице остроухого.
— Я жду.
— Чего? — окружающие предметы услужливо расплывались, будто я находилась под водой.
— Кто научил тебя этому заклинанию?!
— У меня поучилось?
— Слава всем богам — нет! — Орландо потер виски и встал с кровати.
Я молча наблюдала, как он подобрал с пола мое платье и свою рубашку.
— Ты вообще знаешь, что это за заклинание? — уже более спокойно спросил он.
— Ты не должен был знать его имени, — тихо ответила я.
— Господи… — простонал эльф. — Конечно же лучше было убить меня!
— Я не пыталась убить тебя! — возразила я.
— Ну, разумеется! Это было самоубийство! А я так просто под руку попался!
Я удивленно хлопнула ресницами, отчего Орландо со злостью швырнул мое многострадальное платье куда-то в сторону, и прошипел:
— Уж не хочешь ли ты сказать, что использовала заклинание Летаргического Сна, не зная, что ты используешь?!
Я вжалась в кровать — как-то мне не пришло в голову перевести его название с древнего языка…
— Сумасшедшая, — констатировал остроухий.
— Орландо, — попыталась возразить я.
— Молчать! — крикнул Орландо.
— Послушай же ты меня наконец! — не выдержала я. — Мое поведение еще простительно, я маленькая и глупая! Но ты видел в своей жизни достаточно, чтобы уметь ждать!
— Я ждал достаточно, — глаза эльфа сузились.
— Значит, недостаточно, раз все еще идешь на поводу у своих эмоций! Не ты ли мне говорил, что действовать нужно, исходя из реальной обстановки, а не под влиянием своих страстей? А реальность такова, Орландо, что ты не справишься с тем, кто убил Лорэйн. Она для меня была всем, и я тоже не оставлю ее смерть безнаказанной! И не только ее.
Повисло тягостное молчание. Остроухий отвернулся к окну, вглядываясь куда-то в темноту ночи.
— Ты же знаешь, что твои слова ничего не изменят, — наконец произнес он.
— Но пока я буду это повторять, я смогу спокойно спать, зная, что сделала все, что было в моих силах.
Эльф повернулся ко мне, и я почувствовала, как невидимые путы, стягивающие мои руки, постепенно ослабевают.
— Спасибо, — одними губами поблагодарила я, потирая онемевшие конечности.
— Я ненавижу тебя, — тихо сказал Орландо, кидая на кровать рядом со мной длинный плащ. — Ты была права. Я всегда ненавидел тебя.
— Почему? — я завернулась в теплую накидку и, стараясь унять дрожь во всем теле, встала с постели.
— Я не знаю. Само твое существование…
Он говорил настолько искренне, что мне стало немного не по себе.
— Лорэйн часто говорила мне про тебя. Она любила тебя больше самой жизни. Я не знаю, зачем говорю это. Просто хочу, чтобы ты знал… Орландо, — я сделала шаг к нему. — Ты ненавидишь меня, потому что… Потому что… — я запнулась. — Потому что на ее месте должна была быть я.
В глубине души я всегда это знала, но боялась признаться самой себе. И вот теперь, когда главные слова были произнесены, я ощущала такую боль, что хотелось умереть.
— Извини, — прошептала я, не решаясь прикоснуться к остроухому. — Если бы я могла, то изменила бы это.
Эльф молча рассматривал пейзаж за окном.
— Почему ты?
— Я не могу тебе сказать. Прости.
Орландо повернулся и мертвой хваткой сжал мои плечи.
— А разве ты сам не понимаешь? Кого обвинили в ее смерти? — я судорожно вздохнула, чувствуя, что на коже останутся синяки. — Ее смерть была лишь предлогом, чтобы убрать меня. И ему это почти удалось. Вспомни, если бы не Эрэн, то ты был бы первым, кто расправился бы со мной, не вдаваясь в детали.