Михаил и Пиксель отвели бельфлёрца к медпункту в здании администрации, а сами отправились на верфь, где их ждали Босс, Антимон и другие корсары. Лодки и тартана подняли команду на борт брига, который был пришвартован в космосе. Механические манипуляторы, управляемые людьми Билла, уже заканчивали ремонт корабля. Жёлтые корпуса и сочленения этих металлических рук ярко выделялись на фоне серой станции и чёрного космоса.
Капитан с офицерами первым делом прошли на мостик.
— Всё готово, кэп! — прохрипел Билл.
Изображение хозяина верфи появилось на командной консоли. За его спиной виднелись белые стены кабинета на Зекарисе.
— Спасибо, Билл, — поблагодарил Пиксель.
— Да пожалуйста, — пожал плечами старик. — Оплату-то не забыл?
— Как её забудешь, — капитан усмехнулся.
Парой нажатий на экран коммуникатора он переслал Биллу оставшиеся тысячу сто империалов.
— О, ты меня сильно выручил, — отозвался хозяин верфи по другую сторону экрана. — Чё-то бизнес плохо идёт. Хоть война, но имперцы предпочитают возить свои доки с собой.
— Не ворчи ты, Билл. Всё ведь не так уж и плохо.
— Это с какой стороны посмотреть, — чувствовалось, что хозяин верфи очень хотел поговорить, но времени у корсаров не было.
— Рад бы поболтать, но пора уже отправляться.
— Как скажешь, кэп. Удачи тебе, Пиксель.
— Спасибо, Билл.
— И не забудь про инженеров Освободителей!
— Не забуду!
Пиксель сообщил диспетчеру код задания, порученного губернатором. Гигантские зажимы, удерживающие корабль на станции, разомкнулись, и «Аркан» вновь оказался свободен. Неторопливо, не расходуя много топлива, серый бриг с ярко-красным носом отплыл от планеты на достаточное расстояние, чтобы выйти из зоны притяжения.
— Приготовиться к гиперпрыжку, — распоряжался Пиксель на мостике. — Задраить ставни.
Беггер нажал на кнопку рулевой консоли, и за окнами брига захлопнулись защитные металлические пластины — чтобы опасные энергии гиперпространства не разорвали стекло на мостике. Хотя суеверные имперцы считали, что такое воздействие оказывали живущие там слуги Змея Разрушения, настоящие причины были сугубо научными и лишёнными мистики.
— Три, — сказал Пиксель.
В это же время Беггер с помощью компьютерных систем корабля рассчитал гиперпространственный маршрут, ведущий на Кровавый Предел.
— Два.
Корсары смотрели на Пикселя, будто чего-то ждали.
— Один.
Беггер положил руку на рубильник.
— Прыжок!
В мгновение пространство перед бригом будто схлопнулось. Корабль пронизывал ткань мироздания, преодолевая световые годы со скоростью больше световой. Платформа «Кровавый Предел» располагалась в том же секторе, что и Зекарис, поэтому переход не был долгим. Но и секундным тоже. Двадцать минут корсары томились на мостике. Пиксель сидел за командной консолью и с улыбкой наблюдал, как Михаил Искандер раскладывает пасьянс на канонирском терминале. Антимон уткнулся в информационный планшет, где, без всяких сомнений, рассматривал эротические картинки. Босс мирно спал и похрапывал. По-настоящему занят был только Беггер. Рулевой держал руку на рубильнике перехода и не отводил глаз от данных и технических характеристик, пролетающих перед ним на мониторе.
Путешествие через гиперпространство закончилось: резкий толчок сообщил о прибытии. Ставни на окнах мостика разомкнулись, и перед командой предстала картина, способная впечатлить неподготовленного человека. Перед «Арканом» в мрачной черноте космоса дрейфовал исполинский каркас из омнистали. На серых массивных остовах, как-то скреплённых мостиками и кабелями, поднимались биокупола.
Под их прозрачной оболочкой виднелись здания, в которых горели огни — там вовсю кипела жизнь. На краях платформы Пиксель заметил огромные оборонительные башни — и доки между ними, куда можно было пришвартоваться. Это был Кровавый Предел — один из торговых постов Орбитального Братства, объединения самых могущественных пиратских баронов Галактики.
Платформа не находилась в юрисдикции Империи, а потому имперцы неоднократно пытались её завоевать. Но их усилия были тщетны — всякий раз пираты стягивали к Кровавому Пределу огромный флот и в поразительном единодушии отбивали атаку. После этих провальных попыток Империя решила перейти к переговорам, и уже несколько сотен лет станция и соседние планеты в секторе мирно сосуществовали.