— Это верно, — кивнула Ефросинья.
— Присаживайтесь.
Он указал на пару стульев рядом с картиной, и охранительницы сели. Сам же Эпплуорт занял место во главе стола — к досаде Фроси, которая хотела, чтобы он был ближе. Слуги заранее принесли девушкам несколько белых, идеально чистых тарелок — и кучу столовых приборов. Пронина не представляла, зачем столько почти одинаковых вилок и ножей, но традиции Рейвенхольда мало поддавались объяснению.
— Остальные скоро прибудут, — громко произнёс Эпплуорт.
Только сейчас Фрося заметила, что напротив каждого стула из столешницы выступало небольшое устройство, похожее на раструб древнего граммофона. И поняла, что отлично слышит охранителя на другом конце зала благодаря динамикам.
— Остальные? — переспросила Пронина.
— Вас хочет видеть главный охранитель Грейвулф, а ещё кое-кто из моих коллег, — она едва могла разглядеть лицо собеседника. — О, кстати, а вот и одна из них.
На стуле напротив Фроси проявился призрачный силуэт дамы в строгом сером платье. Её рыжие кудрявые волосы были слегка растрёпаны, а на макушке красовалась маленькая шляпка.
— Позвольте представить — охранительница Уорбёртон, — провозгласил Эпплуорт.
Фрося поёрзала на стуле, но из-за платья никто ничего не заметил. Уорбёртон уже перестала быть прозрачной и теперь будто состояла из плоти и крови, но Пронина всё равно видела тончайшие ниточки лучей проектора, которые тянулись к столу с потолка.
— Здравствуйте, — голографическая рука охранительницы прошла сквозь граммофон рядом с её стулом. — Вы, должно быть, Эфросиния Пронина с Земли?
— Именно так, — ответила Фрося. — Меня сюда отправил Великий Охранитель Баррада, чтобы я помогла с расследованием.
— А я Надежда Мышкина, глава научно-технического департамента Пирамидиона… — добавила её подруга.
— Очень… приятно, — сухо ответила Уорбёртон.
Вскоре начали «прибывать» новые гости. Силуэты мужчин и женщин воплощались на стульях один за другим, и Ефросинье приходилось каждый раз представляться, что было довольно утомительно.
И последний появился напротив Эпплуорта. Пожилой, но крепко сложенный мужчина с буйной гривой седых волос носил чёрный камзол с большими золотыми пуговицами. Черты лица мужчины были волевыми, а глаза скрывались за круглыми блестящими очками.
— Приветствую всех, — произнёс он резким, но не раздражающим голосом. — Я Генри Грейвулф, главный охранитель планеты Рейвенхольд и сферы её влияния. Добро пожаловать к нам, охранительница Эфросиния Пронина. Мой старый друг Филеас сообщил мне о вашем визите.
— Благодарю, главный охранитель, — сдержанно ответила Фрося.
Ещё ей надоело, что все рейвенхольдцы не могли выговорить её имя. Все, кроме…
— Мы все собрались, и предлагаю приступить к пиршеству, — с улыбкой сказал Эпплуорт. — Дотти, пора!
Звуки взрывов с картины стихли — их сменила лёгкая ненавязчивая оркестровая музыка. Огоньки на киберимплантах Дотти замерцали, а затем отворились двери на противоположном конце комнаты. Роботы в красных ливреях засуетились вокруг стола, поднося пищу.
Автоматоны расставили на столе бокалы красного вина и металлические тарелки с серебристыми клошами. Сняв одну из них, Фрося увидела нечто, похожее на боксёрскую перчатку из запечённого мяса в кусочках овощей и листьях зелени.
— Это колыбасик, — охранитель заметил её недоумение. — Деликатес в наших широтах. Советую попробовать — его вкус… незабываем.
— Да, вы абсолютно правы, мистер Эпплуорт! — согласилась Уорбёртон.
В этот момент Фрося осознала, что роботы принесли еду только ей, Наде и хозяину особняка. У остальных гостей яства возникли из воздуха, едва заметно подсвеченные проектором на потолке. Все сняли клоши с разных тарелок, и у Ефросиньи разбежались глаза: такое разнообразие блюд она встречала только на званых вечерах после спектаклей Баррады — довольно редких событиях, когда Великому Охранителю удавалось собрать весь бомонд.
Уорбёртон взяла столовый прибор, похожий на устройство для пыток, и вцепилась его клешнями в аппетитную мякоть колыбасика. Закрутив латунный винт, охранительница ножом в другой руке разрезала блюдо на аккуратные кусочки. С опаской поглядывая на Эпплуорта, Ефросинья решила последовать этому примеру и поднесла инструмент к своей тарелке.
— Мисс Пронина, как поживает мой славный друг Филеас? — осведомился Грейвулф.
— Он в полном здравии, главный охранитель, — ответила Фрося, пытаясь ухватить скользкое мясо. — К сожалению, не смог прилететь лично — отвечает за благополучие всей Империи.