Почти с ужасом Тень Орла следил за своей рукой, которая ласкала камень как женщину. Она делала это сама, без команды разума. Пальцы сложились в щепоть, чтобы повернуть камень... Увидеть золотые волосы огненной девы, что обещала власть.
Но ее совет стоил... Она назвала вполне определенную цену. Все их советы имели цену. И он еще не расплатился по счету. Сначала - кровь предателя. Потом - яркие глаза рыжего демона.
Тень словно опомнился и крепко сжал изумруд в кулаке.
Темнота спальни впервые не успокаивала его, казалась не другом, а врагом. В этой темноте нельзя было спрятаться.
Тень лег спать, не затушив горевшую в изголовье лампу. Только, чтобы спастись от чада, немного приоткрыл окно. Кольцо с огромным изумрудом неправильной, но изумительной огранки осталось лежать на низком столике из тяжелого темного дерева.
Утро, против обыкновения, выдалось свежим. Пожалуй, даже прохладным. Во всяком случае, шерстяной плащ, который Керболай набросил, покидая свои владения, совсем не казался лишним.
Тучный раб издали, да, пожалуй, и вблизи, мог запросто сойти за важного господина. Да он и был важным господином, намного больше, чем те, кто кичится своим происхождением чуть не от самого Геракла, а щеголяет в хламиде, которую, похоже, сам Геракл некогда и нашивал, да бросил из-за ветхости... лет, эдак тысячу назад. Нет, Керболай был облачен в греческий хитон из тонкой шерсти, ноги обувал в сандалии работы мастера Антония, который, если кто не знает, снимал мерку с точеных ножек Франгиз. А теплый плащ его, расшитый золотой нитью, был предметом особой гордости повара, жаль, погордиться случалось нечасто. Но сегодня погода позволила и Керболай одел свой плащ.
На рынок повар ходить любил всегда. Хотя положение его позволяло вовсю гонять младших рабов, да он и гонял... Но были особенные дни. Когда, Керболай знал это, у палатки с пряностями он обязательно должен был встретить друга. Ну, может быть не друга, а хорошего знакомца. Человека, который так же, как и повар был увлечен волшебным миром пряностей и мог по достоинству оценить их тонкие, порой неожиданные, изысканные сочетания. Они и познакомились тут же, у этой палатки.
В тот день повар занимался тем, что считал своими прямыми обязанностями: отбирал пряности к ужину правителя. Ну и к своему собственному заодно. Науку эту он перенял от своего отца, а тот от своего... ну и так далее, если не до Геракла, то до того, кто поддерживал божественный огонь на Олимпе, до тех пор, пока до него не добрался Прометей. А как вы думаете, зачем еще нужен был огонь олимпийцам?
Пряность - важнейший элемент блюда. Если кто думает, что достаточно просто взять хороший кусок мяса и натереть его перцем и лимонным соком... ну пусть это и ест. Ничего лучшего он, с таким вкусом, не заслужил. А настоящий мастер знает, что далеко не всякая травка уместна к мясу. Например, к телятине совершенно не подходит анис. Зато базилик, правильно примешанный, придаст ей вкус упоительный, но лишь в том случае, если будет основным компонентом. Если же нужно изготовить нечто сложное, для трапезы с гостями, то базилик лучше оставить в кладовке, а взять лист лавра, которым издавна чествовали чемпионов, да к нему немного петрушки свежей, щепоть перца черного, жгучего, индийского, побольше лимона, поменьше белого золота - соли, а муската не класть совсем... Хотя в одиночестве мускат с телятиной очень даже дружат...
Размышляя таким образом, Керболай шествовал вдоль рыночных рядов, выглядывая нужный ему товар, когда темные, немного навыкате глаза его заприметили господина... Это был именно господин, а не приближенный раб, на это глаз у повара был наметан. От ученых людей он слыхал, что у каждого человека есть свой двойник, рожденный в тот же час и под теми же звездами... но мало ли что люди болтают. Оказалось, болтали очень даже по делу. У прилавка со свежей зеленью стоял и о чем-то горячо спорил с торговцем... второй Керболай. Тот же рост, та же благородная тучность, наверное, тоже идя в гору мается одышкой, свойственной лишь знатным особам... Те же темно-русые, с легкой рыжиной волосы. А самое занятное, спорил он о том, годиться ли к молодому карпу такой же молодой зеленый укроп. Торговец считал, что вполне годиться. А покупатель настаивал на фенхеле или, на крайний случай, тимьяне.